Главная > Юриспруденция > Привилегированные убийства  



 

 

Привилегированные убийства

 

Министерство Образования русской Федерации

Иркутский Государственный Технический институт

Институт Экономики

Курсовая работа

По дисциплине: «Уголовное право русской Федерации»

«Особенная часть»

Тема: Привилегированные убийства

Выполнил студент:

Проверил научный сотрудник:

Ангарск 2004 г.

План

Главы:

странички:
Введение____________________________________________________________2
1. Общее понятие преступлений совершенных против жизни в систе- ме преступлений против личности_______________________________________5

1. Понятие и общественная черта преступлений против жизни__________7

2. Понятие убийства_______________________________________________11

3. Состав обычного убийства (ч. 1 Ст. 105 УК)__________________________13

4. Виды квалифицированного убийства (ч. 2 Ст. 105 УК)_________________16
2. Привилегированные виды убийства. Убийство мамой новорожден- ного дитя (детоубийство) (ст. 106 УК)_________________________________23
2.1. Убийство, совершенное в состоянии аффекта (ст. 107
УК)_______________44
2.2. Убийство, совершенное при превышении пределов нужной обороны
(ч. 1 Ст. 108 УК)______________________________________________________49
2.3. Убийство, совершенное при превышении мер, нужных для задержа- ния лица, совершившего грех (ч. 2 Ст. 108 УК)____________________54
Заключение_________________________________________________________58
перечень сокращений__________________________________________________61
Библиография_______________________________________________________62

Введение

Жизнь является естественным благом и ценностью человека, передается ему генетически и относится к важнейшему объекту уголовно-правовой охраны.
Право на жизнь - одно из главных прав человека, закрепленное и гарантированное Конституцией РФ (ст. 20). УК РФ устанавливает ответственность за преступления против жизни, здоровья и достоинства личности. Наибольшую опасность посреди преступлений, направленных против личности, представляет убийство. Русское законодательство относит убийство при отягчающих обстоятельствах к числу более тяжких преступлений. Понятие убийства в житейском смысле не раскрывает и не может раскрыть юридической свойства данного преступления. Тем более что вне сферы деяния уголовного законодательства под убийством время от времени понимается не лишь преступное лишение жизни, но причинение побоев, ушибов и т.П. В уголовно-правовом смысле понятие убийства более узенькое, т.К. Для пришествия уголовной ответственности за убийство необходимы определенные признаки, которые свидетельствовали бы о совершении данного преступления.

Убийство неразрывно связано с жизнью и гибелью человека, поэтому без выяснений содержания понятия жизни и погибели нельзя говорить об определении убийства. Уголовный кодекс вступивший в силу 1 января 1997 г. В первый раз выделил в самостоятельные привилегированные составы убийства: убийство новорожденного собственной мамой (ст. 106 КУ); убийство, совершенное в состоянии аффекта (ст. 107 УК); убийство, совершенное при превышении пределов нужной обороны (ч. 1 Ст. 108); Убийство, совершенное при превышении мер, нужных для задержания лица, совершившего грех
( ч. 2 Ст. 108).

Детоубийство продолжает оставаться обычным «женским преступлением».
Согласно статистике от общего количества зарегистрированных убийств в 1995 г. – убийства новорожденных составляет 15 %, а за период с 1999 г. По 2002 г. В г. Ангарске было записанно 6 убийств новорожденных. Что касается убийств совершенных в состоянии аффекта, то их процент не совсем велик и составляет 1 из 15 убийств. Приблизительно такое же соотношение выходит с убийствами совершенными при превышении пределов нужной оброны: из 20 разных убийств - 1 является подходящим под норму о нужной обороне. Убийства совершенные при превышении мер, нужных для задержания лица, совершившего грех встречаются совсем редко статистика за несколько лет указывает, что таковых убийств всего 2.

неувязкой, решению которой посвящена моя курсовая работа является, то, что перед органами следствия встает вопрос о правильной квалификации совершенного преступником убийства. Необходимо верно разграничить признаки преступления, для того, чтоб вынести верный приговор. Совсем принципиально отличить обычное убийство от привилегированного, так как от этого зависит приговор вынесенный трибуналом обвиняемому. Приговорят его к 6 годам лишения свободы либо к 3 годам, для него является значимой различием. Убийства привилегированного вида, относятся к убийствам при смягчающих обстоятельствах. При убийстве мамой новорожденного учитывается её психическое расстройство связанное с родами. Смягчающими обстоятельствами убийства, совершенного в состоянии аффекта является с одной стороны – психическое состояние виновного, а с другой стороны – то, что состояние виновного вызвано неверным поведением самого потерпевшего. Если убийство совершено при превышении пределов нужной обороны, то нужно установить вправду ли имело место превышение допустимых пределов нужной обороны, нужно также учесть «характер угрозы, угрожающей обороняющемуся, его силы и способности по отражению посягательства, а также все другие происшествия, кот. Могли повлиять на реальное соотношение сил посягающего и защищаегося. Последнее время
гос Думой РФ решается вопрос о внесении дополнений в законодательство касаемых нужной обороны и превышения её пределов.

Я считаю, что тема моей курсовой работы на сегодняшний день довольно актуальна. В настоящее время в связи с возросшим вниманием общественности к проблемам прав и свобод человека людей, остро стоит вопрос о допустимых пределах нужной обороны, а также убийств совершенных в состоянии аффекта. Хотелось бы отметить еще то, что в условиях понижения деторождаемости в РФ стала актуальной неувязка убийства новорожденных, в связи с тем, что появилась неувязка демографического кризиса, где смертность во много раз превосходит рождаемость. Как правило, убийство новорожденных совершают их матери, я считаю что это происходит из- за низкого материального и морального уровня, а также отсутствия способности дальнейшего воспитания дитя.

Целью моей курсовой работы является раскрытие трудности убийств совершенных в определенной психическом состоянии. Полагаю, что за совершение такового рода убийств нужно смягчение наказания, что и находит свое отражение в Уголовном кодексе РФ принятым в 1997 г.

Объектом исследования в курсовом проекте является круг вопросов касаемых правильного внедрения норм уголовного и уголовно-процессуального права затрагивающих вышеописанные категории убийств.

При анализе используемой литературы для раскрытия темы моего курсового проекта, я пришел к выводу, что тема привилегированных видов убийств не довольно проработана авторами. Во всей научной литературе у всех авторов просматривается мысль о понижении наказания за совершаемые виды убийств. При этом в большинстве изданий отсутствуют предложения по предупреждению направленному на увеличение эффективности предупреждения и профилактике этих преступлений. При написании курсовой работы я управлялся следующими источниками: из нормативной литературы основными являлись -
Конституция РФ, УК, УПК, УК РСФСР, Комментарии к УК, Сборник работающих постановлений ПВС СССР, РСФСР и РФ по уголовным делам, Бюллетень ВС РФ,
Ведомости Съезда народных депутатов. Основополагающими источниками являются: Курс уголовного права. Особенная часть. Под ред. Доктора Г.Н.
Борзенкава; Правовые научно-практические журнальчики «Законность»,
«Следователь»; Тичкевич М.В. Квалификации преступлений против жизни.

1. Общее понятие преступлений совершенных против жизни в системе преступлений против личности

Особенная часть Уголовного кодекса РФ раскрывается разделом VII
«Преступления против личности», который включает, пять глав: «Преступления против жизни и здоровья» (гл. 16); «Преступления против свободы, чести и достоинства личности» (гл. 17); «Преступления против половой неприкосновенности и половой свободы личности» (гл. 18); «Преступления против конституционных прав и свобод человека и гражданина» (гл. 19);
«Преступления против семьи и несовершеннолетних» (гл. 20). Большая часть составов преступлений, предусмотренных в данном разделе, имелись и в прежнем законодательстве, но сейчас они в первый раз объединены как преступления против личности и выдвинуты на первое место в Особенной части
Кодекса.

Выдвижение данной группы преступлений на первое место соответствует важнейшей концептуальной идее, положенной в базу реформы уголовного законодательства, а конкретно – приоритетной охране жизни и здоровья человека, его прав, свобод и законных интересов. Сама по себе эта концепция основывается на положениях Конституции РФ, провозгласившей: «Человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина – обязанность государства» (ст. 2). О приоритетной защите указанных благ говорится также во многих интернациональных актах.

Приоритетная защита личности, и до этого всего жизни и здоровья человека, выражается в Уголовном кодексе РФ не лишь в изменении расположения раздела о грехах против личности, но и в остальных его особенностях: 1) установление (сохранение) больших санкций за более опасные преступления против личности; 2) учет при разработке системы санкций насильственного метода совершения преступлений; 3) при использовании в качестве криминообразующего либо квалифицирующего признака тяжких последствий, они раскрываются в законе методом указания в первую очередь на причинение погибели либо вреда здоровью человека. 4) Воплощение защиты личной принадлежности вровень с гос и другими формами принадлежности. Данной же идее служит расширение круга правоохраняемых интересов, охватываемых понятием «личность». Ранее данное понятие рассматривалось в уголовном праве как родовое по отношению к негосударственным объектам, перечисленным в заголовке гл. 3 Особенной части
Уголовного кодекса РСФСР 1960 г. «Преступления против жизни, здоровья, свободы и достоинства личности». Поэтому и в науке уголовного права термин
«преступления против личности» употреблялся лишь по отношению к названной группе преступлений, куда входили и половые преступления, и некие преступления против семьи и несовершеннолетних. Преступления против политических, трудовых, других прав и свобод людей составляли самостоятельную четвертую главу Особенной части Кодекса 1960 г. И не рассматривались как преступления против личности.

В теории уголовного права отмечалось, что интересы личности защищаются и в тех главах Кодекса, которые устанавливают уголовную ответственность за посягательства на личную собственность людей, за нарушение их политических и трудовых прав, за возбуждение насильственной либо расовой вражды, за транспортные преступления и др.[1] Б.С. Никифоров называл преступления против личной принадлежности людей «преступлениями против личности в широком смысле слова».

Уголовный кодекс РФ в первый раз включил в число преступлений против личности посягательства на конституционные права и свободы человека и гражданина, а также преступления против семьи и несовершеннолетних.

Родовым объектом всех преступлений, включенных в раздел VII Кодекса, по-прежнему является личность. Личность как объект преступления – это человек, рассматриваемый в системе социальных ролей и публичных отношений. Он является сразу и биологическим существом, и носителем определенных прав, обязанностей, свобод и социальных благ. Поэтому некие расширение круга составов преступлений в разделе «Преступления против личности» не следует разглядывать как основание для построения некоего надродового объекта. Каждое грех, предусмотренное разделом
VII, посягает на публичные дела, обеспечивающие обычное существование личности. С учетом приведенных черт можно признать, что нет оснований для противопоставления категорий «личность» и «человек» в качестве объекта уголовно-правовой охраны.

посреди личных благ личности важнейшими являются жизнь и здоровье. Поэтому преступления против жизни и здоровья помещены на самое первое место. Число этих составов относительно невелико, но ввиду их значимости они подробно рассматриваются в отдельных главах.

1.1. Понятие и общественная черта преступлений против жизни

Уголовный Кодекс РФ относит к преступлениям против жизни разные виды убийства (ст. 105-108), А также причинение погибели по неосторожности
(ст. 109) И доведение до самоубийства (ст. 110). Эти составы преступлений помещены на первое место исходя из того, что в них идет речь о защите естественного важнейшего права человека. Статья 20 Конституции РФ провозглашает: «Каждый имеет право на жизнь». Охрана жизни человека как самого ценного блага приобретает первостепенное значение в современном обществе. Существенную роль при этом играются нормы уголовного права.
Уголовный кодекс решает задачку охраны жизни человека своими специфическими способами, формируя признаки составов преступлений против жизни и устанавливая строгие санкции за их совершение. Но практика внедрения данных норм еще недостаточно эффективна.

Статистика отмечает увеличение числа более опасных преступлений данной категории – убийств. Некое замедление их роста в середине 90-х годов имело временный характер. В 1999 году было записанно 31 140 убийств, что на 5,4 % превосходит показатель предшествующего года. Удельный вес убийств посреди всех зарегистрированных преступлений составляет 1,04 %, а посреди тяжких и особо тяжких – 1,68 %.

Все преступления данной группы объединяет то, что объектом каждого из них является жизнь человека. Жизнь в качестве объекта преступления понимается, с одной стороны, как естественный физиологический процесс, а с другой – как богатая законом возможность существования личности в обществе. Благодаря второй стороне жизнь логически подчинена родовому объекту (личность) и общему объекту преступлений (публичные дела либо публичный энтузиазм).

Как физиологический процесс жизнь имеет начало и конец. Не может быть убийства ни до начала жизни, ни после её прекращения. Момент начала жизни приобретает непосредственное уголовно-правовое значение при отграничении убийства от плодоизгнания (аборта). Строго говоря, плод в утробе тоже живет. Поэтому аборт можно разглядывать как умерщвление плода. Но жизнь человека, согласно господствующим представлениям, начинается с момента рождения. А поскольку роды сами по себе имеют некоторую протяженность во времени и проходят несколько этапов, принято считать началом жизни человека момент начала физиологических родов. Жизнь дитя охраняется уголовным законом уже в процессе рождения. Это подтверждается формулировкой детоубийства в ст. 106 УК РФ: «Убийство мамой новорожденного дитя во время либо сходу же после родов…». В принципе может быть убийство дитя, выходящего из утробы матери, в момент прорезывания его головки.
Процесс жизни человека заканчивается его физиологической гибелью.
Признаки её: полная остановка сердца, прекращение в силу этого снабжения клеток и тканей кислородом, что приводит к распаду клеток центральной нервной системы. Прекращение функционирования головного мозга (погибель мозга) и значит окончание жизни человека. 2

В различие от физиологической погибели медицинской гибелью принято именовать временную приостановку работы сердца, когда жизнь еще может быть восстановлена. Состояние медицинской погибели длится традиционно несколько минут после прекращения кровообращения и дыхания. В течение этого промежутка времени, может быть, проведение мероприятий по реанимации.
Умышленное придание состоянию медицинской погибели необратимого характера следует считать убийством (к примеру, в целях использования органов либо тканей потерпевшего).

Если же погибель человека уже наступила, то посягательство на его жизнь вследствие фактической ошибки может быть квалифицировано как покушение на негодный объект.
Жизнь как объект преступления не поддается никакой качественной либо количественной оценке. В этом выражается важнейший принцип равной правовой защиты жизни каждого человека, независимо от его возраста, состояния здоровья либо «социальной значимости».

конкретно равноценностью объекта преступления разъясняется, почему причинение погибели человеку, неверно принятого за другого, не рассматривается как «ошибка в объекте». Ошибка в личности потерпевшего не влияет на квалификацию содеянного как оконченного убийства. Не может служить опровержением принципа равной защиты каждой человеческой жизни ссылка на то, что в Уголовном кодексе имеются особые нормы, устанавливающие несколько завышенную ответственность за посягательство на жизнь отдельных категорий лиц (ст. 277, 295, 317 УК). Усиление ответственности в этих вариантах связано не с завышенной ценностью жизни потерпевшего, а с наличием сразу другого объекта посягательства.
Так, посягательство на жизнь сотрудника правоохранительного органа (ст. 317
УК) имеет два объекта: жизнь потерпевшего и его деятельность по охране публичного порядка и обеспечению публичной сохранности.

взор на жизнь человека как на универсальный, неделимый и неизмеримый объект лежит в базе негативного дела закона и науки уголовного права к легализации эвтаназии. Термин «эвтаназия» (от греческих слов eu – «благой», «хороший» и thanatos – «смерть») традиционно обозначают лишение жизни безнадежно больного человека по его просьбе с целью прекращения его страданий. Вопрос о легализации эвтаназии имеет много качеств. Тяжело рассчитывать, что он будет решен в наиблежайшее время. Базы законодательства русской Федерации об охране здоровья людей3 категорически запрещают медицинскому персоналу использовать эвтаназию. Всякое неправомерное лишение жизни человека противоречит моральным и религиозным нормам. Социальная доктрина российской Православной Церкви, принятая
Архиерейским Собором в августе 2000 г., Резко осуждает эвтаназию.

Преступления против жизни

I. Убийство

1. обычное (ч. 1 Ст. 105)
2. Квалифицированное (ч. 2 Ст. 105)
3. Привилегированное: а) Детоубийство (ст. 106) Б) Убийство в состоянии аффекта (ст. 107) В) Убийство при превышении пределов нужной обороны (ч. 1 Ст. 108) Г) Убийство при превышении мер, нужных для задержания лица, совершившего грех (ч. 2 Ст. 108)

II. Другие преступления против жизни

1. Причинение погибели по неосторожности (ст. 109)
2. Доведение до самоубийства (ст. 110)

1.2. Понятие убийства

Уголовный кодекс РФ в первый раз установил законодательное определение понятия убийства: «умышленное причинение погибели другому человеку» (ч. 1 Ст.
105). В прежних уголовных кодексах русского периода, также как и в
Уголовном уложении 1903 г., Убийство не определялось. По-видимому, законодатели исходили из того, что понятие «убийство» в уголовном праве не различается от общепринятого. Но в правоприменительной практике часто возникала потребность в чётком установлении границ данного понятия. Поэтому в доктрине уголовного права предлагались разные определения убийства, в главных чертах сходные меж собой.4 Законодательное определение убийства основано на обобщении выработанных юристами формулировок.

Ранее убийством числилось как умышленное, так и неосторожное причинение погибели человеку. Соответственно, в уголовных кодексах существовал состав неосторожного убийства. Таковая позиция закона не постоянно воспринималась положительно. Практически все доктринальные определения убийства включали указание на «противоправность» («неправомерность», «уголовную противоправность») причинения погибели. В формулировке ч. 1 Ст. 105 УК такового указания нет. Но признак противоправности в характеристике убийства является нужным. Он дозволяет отграничить убийство от правомерного лишения жизни человека. Так, причинение погибели при нужной обороне не лишь не влечет уголовной ответственности, но и не может быть названо убийством. Равным образом не являются убийством и остальные случаи правомерного лишения жизни: при выполнении приговора к смертной экзекуции, в ходе боевых действий и др. Поэтому следует признать более удачным определение убийства в ст. 139 УК Республики Беларусь и ст. 115 УК Украины, которые содержат прямое указание на противоправный характер лишения жизни другого человека.

Указание в ст. 105 УК на причинение погибели другому человеку подчеркивает, что причинение погибели самому себе не является преступлением.
С точки зрения современных представлений об уголовной ответственности такое указание может показаться излишним. Хотя еще в законодательных актах Петра
I предусматривалось символическое наказание для самоубийств. В Уставе воинском сказано: «Ежели кто сам себя убивает, то надлежит палачу тело его в бесчестное место отволочь и зарыть, волоча до этого по улицам либо обозу».
А за неудачную попытку самоубийства без уважительных обстоятельств полагалась смертная казнь. Да и новейшее время покушение на суицид некие кодексы считают преступлением против жизни (к примеру, ст. 309 УК Индии). В
Великобритании уголовная ответственность за суицид и покушение на суицид отменена только Законом о самоубийстве (Suicide Akt) 1961 г.5
Для свойства объективной стороны убийства заместо слов «причинение смерти» время от времени пользуются выражением «лишение жизни». Оба выражения равноценны. В первом случае указывается на последствие, во втором – на объект убийства. Все виды умышленного причинения погибели другому человеку охватывается одним термином «убийство». Это соответствует русской правовой традиции. В монументах российского права мы встречаем и остальные словесные обозначения этого преступления: «убивство», «убойство»,
«душегубство», «смертоубийство», «человекоубийство». Но они воспринимаются и, до этого всего, воспринимались как синонимы, в различие от забугорного уголовного права, где было принято терминологически выделять разные виды убийства по степени из тяжести («Mord» и «Totschlag» в германском праве, «murder» и «manslaughter» - в англосаксонском).

1.3. Состав обычного убийства. (Ч. 1 Ст. 105 УК)

обычным принято именовать убийство без квалифицирующих либо привилегирующих признаков. Ответственность за него предусмотрена сейчас ч.
1 ст. 105 УК РФ. Это основной состав убийства. Анализ состава обычного убийства имеет значение и для остальных видов убийства, поэтому его можно считать анализом «убийства вообще».6

Непосредственным объектом этого преступления является жизнь человека.

Объективная сторона убийства как обычного преступления с материальным составом представляет собой единство трех частей: 1) действие (бездействие), направленное на лишение жизни другого лица; 2) погибель потерпевшего как обязательный преступный итог; 3) причинная связь меж действием (бездействием) виновного и наступившей гибелью потерпевшего.

почаще всего убийство совершается методом активных действий, как посредством использования каких-или орудий преступления, так и непосредственного физического действия на организм потерпевшего. Метод причинения погибели в принципе не имеет значения, за исключением случаев, когда со методом убийства связан какой-или из квалифицирующих признаков в ч. 2 Ст. 105 УК. К примеру, совершение убийства общеопасным методом либо с особой жестокостью.

Обязательное условие ответственности за убийство – наличие причинной связи меж действием (бездействием) виновного и гибелью потерпевшего.

Для убийства типична ровная причинная связь. К примеру, выстрел в потерпевшего влечет за собой погибель. Убийство признается оконченным с момента пришествия погибели потерпевшего. Не имеет значения, когда наступила погибель: немедленно либо спустя какое-то время. Уголовный кодекс РФ в традициях русского законодательства не устанавливает никаких
«критических сроков» пришествия погибели, если у виновного был умысел на убийство. Деяния лица, конкретно направленные на причинение погибели другому человеку, если они по происшествиям, не зависящим от воли виновного, не привели к этому результату, квалифицируются как покушение на убийство.

При косвенном умысле виновный не направляет свою волю на причинение погибели, но своими действиями сознательно допускает её пришествие.
Косвенный умысел на убийство встречается, к примеру, при поджоге помещения, в котором находятся люди; при использовании кляпа либо пластыря, чтоб не дать потерпевшему способности позвать на помощь, если в итоге этого наступила погибель7; при убийстве посторонних людей в случае внедрения взрывного устройства либо другого общеопасного и слабо управляемого метода преступления.

Если мотив либо мишень убийства реализуются лишь в случае погибели потерпевшего (получение наследства, избавление от нежелательного свидетеля, воплощение акта кровной мести), умысел постоянно будет прямым. Убийство с косвенным умыслом русский законодатель и судебная практика не разглядывают как менее страшный вид. Погибель человека – так тяжкое последствие, что и безразличное отношение виновного к её наступлению свидетельствует о высокой степени публичной угрозы содеянного. Закон
(ст. 25 УК РФ) вообще не противопоставляет косвенный умысел прямому, а объединяет их. Разграничение этих видов умысла приобретает решающее значение лишь при не пришествии смертельного результата. Пленум
Верховного Суда РФ в постановлении от 27 января 1999 года. № 1 «О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)»8 (п. 2) Указал: «Если убийство может быть совершено как с прямым, так и с косвенным умыслом, то покушение на убийство может быть только с прямым умыслом, то есть когда содеянное свидетельствовало о том, что виновный понимал общественную опасность собственных действий (бездействия), предвидел возможность либо неизбежность пришествия погибели другого человека и желал её пришествия, но смертельный исход не наступил по не зависящим от него происшествиям
(ввиду активного сопротивления жертвы, вмешательства остальных лиц, своевременного оказания потерпевшему медицинской помощи и др.)».

Мотив и мишень преступления, которые принято относить к факультативным признакам субъективной стороны, в составе убийства получают обязательную роль, поскольку от их содержания зависит квалификация убийства. Пленум
Верховного Суда РФ просит от судов выяснения мотивов и целей убийства по каждому делу (п. 1 Постановления от 27 января 1999 г. № 1). В ч. 1 Ст. 105
УК не указаны мотивы обычного убийства. Это грех может быть совершено по хоть каким мотивам, за исключением тех, которым закон придает квалифицирующее значение (п. «з», «и», «к», «л», «м» ч. 2 Ст. 105 УК). Для обычного убийства характерны такие мотивы, как месть за какое-или действие потерпевшего, независимо от его правомерности, в том числе за совершенное грех; ревность; зависть; неприязнь либо ненависть, возникшие на почве личных отношений. Может быть также убийство из сострадания к безнадежно больному либо раненому; из ложного представления о собственном публичном либо служебном долге; из ужаса перед ожидаемым либо предполагаемым нападением при отсутствии состояния нужной обороны и т.Д. К обычному убийству относится также умышленное причинение погибели в обоюдной драке либо ссоре под влиянием эмоциональных мотивов гнева, ярости, ужаса за свою жизнь при отсутствии признаков мощного душевного волнения. Субъект убийства, квалифицируемого по ч. 1 Либо ч. 2 Ст. 105 УК, - физическое лицо, достигшее к моменту совершения преступления 14 лет (ст. 20 УК). Убийство, совершенное должностным лицом при превышении должностных возможностей, квалифицируется по совокупности преступлений, предусмотренных ст. 105 И 286 УК.
Ответственность за привилегированные виды убийства (ст. 106,107, 108 УК) наступает с 16 лет. В последнее время из-за обострения криминальной ситуации поднимается вопрос о понижении возраста уголовной ответственности за убийство и остальные, особо тяжкие преступления.9

1.4. Виды квалифицированного убийства (ч. 2 Ст. 105 УК)

Квалифицированным убийством принято именовать убийство, совершенное при наличии хотя бы одного из отягчающих событий (квалифицирующих признаков), перечисленных в ч. 2 Ст. 105 УК. Все другие признаки основного состава убийства тоже обязаны быть налицо. Если в действиях виновного имеются два либо несколько квалифицирующих признаков, то они все обязаны быть указаны в предъявленном обвинении и приговоре. Но они не образуют совокупности преступлений и наказание назначается единое, хотя наличие двух либо нескольких квалифицирующих признаков учитывается при определении тяжести содеянного. Всего в ч. 2 Ст. 105 УК имеются 13 пунктов, но в неких из них названо более одного признака (п. «в», «к», «л») или перечисляются конкретные разновидности данного признака (п. «ж», «з»). В целом система квалифицирующих признаков убийства в Уголовном кодексе 1996 г. Носит исчерпывающий характер. Для разграничения отдельных видов убийств важнейшее значение имеет постановление Пленума Верховного Суда РФ от 27 января 1999 г. № 1 «О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК
РФ)».

Многие из признаков ч. 2 Ст. 105 УК имелись и в прежнем законодательстве (ст. 105 УК РФ)». Редакция неких квалифицирующих признаков уточнена, введено несколько новейших событий. В первый раз квалифицирующие признаки убийства размещаются по серьезной системе, в зависимости от их связи с определенными элементами состава преступления: признаки убийства размещаются по серьезной системе, в зависимости от их связи с определенными элементами состава преступления: признаки, относящиеся к объекту (п. «а», «б», «в», «г»); к объективной стороне (п.
«д», «е», «ж»); к субъективной стороне (п. «з», «и», «к», «л», «м») и к субъекту (п. «н»).

К объекту относятся следующие квалифицирующие происшествия, характеризующие жертву преступления: а) убийство двух либо более лиц; б) убийство лица либо его близких в связи с воплощением данным лицом служебной деятельности либо выполнением публичного долга; в) убийство лица, заранее для виновного находящегося в беспомощном состоянии, а равно сопряженное с похищением человека или заложника; убийство дамы, заранее для виновного находящейся в состоянии беременности.

Убийство двух либо более лиц (п. «а» ч. 2 Ст. 105 УК) характеризуется завышенной тяжестью последствий. Если при наличии прямого умысла на убийство двух лиц умер лишь один потерпевший, а погибель другого не наступила по причинам, не зависящим от виновного, то содеянное представляет собой совокупность покушения на убийство двух лиц (ч. 3 Ст. 30 УК и п. «а» ч. 2 Ст. 105 УК) и оконченного убийства одного лица, которое квалифицируется без помощи других по ч. 1 Либо 2 ст. 105 УК (п. 5 Постановления
Пленума Верховного Суда РФ от 27 января 1999 г. № 1 «О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)»).

В силу ч. 3 Ст. 69 УК при совокупности преступлений допускается назначение наказания методом сложения вплоть до 25 лет лишения свободы. Это может спровоцировать виновного на доведение до конца загаданного преступления, т.Е. На убийство оставшегося в живых потерпевшего, поскольку в таком случае совокупности не будет. Разрешение данного противоречия может быть законодательным методом, в частности, дальнейшей конкретизацией правил о назначении наказания по совокупности в ст. 66 УК.

Убийство лица либо его близких в связи с воплощением данным лицом служебной деятельности либо выполнением публичного долга (п. «б» ч. 2 Ст.
105 УК). Этот вид убийства представляет завышенную опасность, поскольку посягает не лишь на жизнь потерпевшего, но и на другой объект: публичные дела, обеспечивающие лицу возможность осуществлять свою служебную деятельность либо делать публичный долг. В различие от прежнего
Уголовного кодекса новая норма предугадывает ответственность за убийство не лишь самого лица, осуществляющего служебную деятельность либо выполняющего публичный долг, но и его близких. Закон не конкретизирует понятие «близкие лица». Степень близости не имеет значения, если этим убийством виновный преследует мишень деятельности.

Убийство лица, заранее для виновного находящегося в беспомощном состоянии, а равно сопряженное с похищением человека или захватом заложника (п. «в» ч. 2 Ст. 105 УК), - квалифицированный вид убийства, не узнаваемый Уголовному кодексу 1960 г. В одном пункте объединены два отягчающих происшествия: первое характеризует потерпевшего, а второе – в первую очередь изюминка метода деяния.

Беспомощное состояние потерпевшего может определяться его возрастом
(молодой, престарелый), состоянием здоровья, увечностью и др. Обстоятельствами, не дающими жертве способности оказать сопротивление преступнику либо другим образом уклониться от посягательства. Сюда же можно отнести убийство лица, находящегося в состоянии сна либо сильной степени опьянения, а также лишившегося сознания по иным причинам.

Убийство дамы, заранее для виновного находящейся в состоянии беременности (п. «г» ч. 2 Ст. 105 УК). завышенная опасность этого преступления обусловлена тем, что, убивая беременную женщину, виновный уничтожает и плод как зародыш будущей жизни. Указание на заведомость значит пришествие ответственности по этому пункту, если виновный на момент совершения убийства достоверно знал о беременности потерпевшей.10

Если виновный не был осведомлен о беременности потерпевшей, данный квалифицирующий признак не вменяется.

Убийство, совершенное с особой жестокостью (п. «д» ч. 2 Ст. 105 УК),
- один из более распространенных видов квалифицированного убийства.
Трудности в применении на практике п. «д» ч. 2 Ст. 105 УК соединены с сугубо оценочным характером данного квалифицирующего признака. Оценочным является, во-первых, само понятие жестокости. Во-вторых, в законе говорится об особой жестокости, а не просто о жестокости. В принципе жестоко практически каждое убийство. Особая жестокость – это крайнее, высшее проявление данного свойства.

С учетом сложившейся судебной практике убийство может быть признано особо ожесточенным, когда: а) перед лишением жизни либо в процессе совершения убийства к потерпевшему применялись пытки, истязания либо совершалось глумление. Если пытки применялись с целью получения от потерпевшего каких-или сведений, то причинение погибели может быть и с косвенным умыслом; б) убийство совершено методом, который заранее для виновного связан с причинением потерпевшему особых страданий: нанесение большего количества ранений, внедрение мучительно работающего яда, кислоты либо остальных агрессивных веществ; причинение погибели методом внедрения огня, электротока бытового напряжения; закапывания заживо; замедленное утопление либо удушение; причинение погибели методом лишения пищи либо воды и т.П.; В) убийство совершено в присутствии близких потерпевшему лиц, если виновный сознавал, что своими действиями причиняет присутствующим особенные душевные страдания; г) в целях продления мучений жертвы виновный препятствует оказанию помощи умирающему.

Убийство, совершенное общеопасным методом (п. «е» ч. 2 Ст. 105 УК).
Аналогичный вид убийства в прежнем законодательстве определялся как
«убийство методом, опасным для жизни многих людей» (п. «д» ст. 102 УК
РСФСР).

Пленум Верховного Суда РФ в п. 9 Постановления от 27 января 1999 года

№ 1 указал, что «под общеопасным методом убийства (п. «е» ч. 2 Ст. 105 УК
РФ) следует понимать таковой метод умышленного причинения погибели, который заранее для виновного представляет опасность для жизни не лишь потерпевшего , но хотя бы еще одного лица (к примеру, методом взрыва, поджога, производства выстрелов в местах скопления людей, отравления воды и пищи, которыми, кроме потерпевшего, пользуются остальные люди)».

Убийство, совершенное группой лиц по предварительному сговору либо организованной группой (п. «ж» ч. 2 Ст. 105 УК). Для квалификации убийства по этому признаку следует обратиться к понятию группы лиц, группы лиц по предварительному сговору и организованной группы (ст. 35 УК).

Групповое грех предполагает не менее двух соисполнителей.
Исполнителем убийства может быть признано лицо, которое не лишь имело умысел убийства, но и воспринимало непосредственное роль в лишении жизни потерпевшего. Деяния лица, которое только оказывало содействие исполнителю убийства в осуществлении преступного намерения, давало советы о методе, времени либо месте убийства или другим образом создавало условия, способствующие преступлению, представляют собой пособничество.

Соисполнительство не исключает распределения ролей меж участниками.
принципиально установить, что при единстве умысла, места и времени деяния каждый из них выполняет или полностью объективную сторону убийства, или какой- нибудь её элемент.

К субъективной стороне преступления относятся следующие отягчающие происшествия, характеризующие мотивы и цели убийства: из корыстных побуждений либо по найму, а равно сопряженное с разбоем, вымогательством либо бандитизмом (п. «з» ч. 2 Ст. 105 УК); из хулиганских побуждений (п. «и» ч.
2 ст. 105 УК); с целью сокрыть другое грех либо облегчить его совершение, а равно сопряженное с изнасилованием либо насильственными действиями сексуального характера (п. «к» ч. 2 Ст. 105 УК); по мотиву государственной, расовой и религиозной ненависти либо вражды или кровной мести
(п. «л» ч. 2 Ст. 105 УК); в целях использования органов либо тканей потерпевшего (п. «м» ч. 2 Ст. 105 УК).

Убийство, совершенное из хулиганских побуждений (п. «и» ч. 2 Ст. 105
УК).
В судебной практике признано, что таким является убийство, совершенное на почве явного неуважения к обществу и общепринятым моральным нормам, когда поведение виновного является открытым вызовом публичному порядку и обусловлено желанием противопоставить себя окружающим, показать пренебрежительное отношение к ним.

Убийство с целью скрыть другое грех либо облегчить его совершение, а равно сопряженное с изнасилованием либо насильственными действиями сексуального характера (п. «к» ч. 2 Ст. 105 УК).

Под убийством, сопряженным с изнасилованием либо насильственными действиями сексуального характера, следует понимать убийство: а) в процессе изнасилования (или третьего лица с целью облегчить совершение изнасилования, или с косвенным умыслом самой потерпевшей в процессе преодоления её сопротивления); б) с целью скрыть совершенное изнасилование; в) из мести за оказанное при изнасиловании сопротивление (в случае, как оконченного изнасилования, так и когда изнасилование не удалось довести до конца); г) совершенное при таковых же обстоятельствах, но сопряженное с мужеложством, лесбиянством либо другими действиями сексуального характера с применением насилия либо с опасностью его внедрения (ст. 132 УК). Также обязаны оцениваться убийства, сопряженные с последующим ублажение сексуальных потребностей в отношении трупа (некрофилия), если субъект будет признан вменяемым.

Убийство по мотиву государственной, расовой, религиозной ненависти либо вражды или кровной мести (п. «л» ч. 2 Ст. 105 УК). Для внедрения п. «л» ч. 2 Ст. 105 УК нужно установить мотив. Мотив может быть обусловлен ненавистью к потерпевшему как к представителю определенной национальности, расы либо религии или может служить проявлением шовинистического мировоззрения, ксенофобии либо религиозной нетерпимости, когда ненависть либо вражда распространяется на лиц всех иноверцев

Обычай кровной мести, сохранивший в отдельных местностях русской
Федерации (к примеру, в Дагестане, Чечне, Ингушетии), состоит в том, что в случае убийства, либо причинения вреда здоровью, либо оскорбления какого или лица потерпевший, или его родственники должны отомстить обидчику, лишив его жизни. Родственники новой жертвы тоже считают себя обязанными выполнить обычай кровной мести («кровь за кровь»). Этот процесс может продолжаться долго, приводя к смерти многих людей.

Убийство с целью использования органов либо тканей потерпевшего (п.
«м» ст. 105 УК) – новый квалифицирующий признак, не узнаваемый ранее законодательству. Введение этого признака обосновывается тем, что благодаря успехам медицины в области трансплантации органов и тканей человека возник соблазн к изъятию их ценой жизни потерпевшего.

Изъятие органов либо тканей убитого может быть и для хоть какого последующего использования, не исключая каннибализма либо ритуальных действий на почве суеверия.

Убийство, совершенное не один раз (п. «н» ч. 2 Ст. 105 УК).
Неоднократность – отягчающее событие, относящееся к субъекту преступления. Оно вменяется тому лицу, которое, которое отвечает данному признаку, и не вменяется иным соучастникам убийства. Формулировка этого пункта различается от п. «и» ст. 102 УК 1960 г., Где говорилось о совершении преступления «лицом, ранее совершившим умышленное убийство», т.Е. Имелась в виду, как повторность, так и рецидив.

В новой редакции употребляется понятие «неоднократность», которое раскрывается в ст. 16 Ук. В согласовании с данной статьей по п. «н» ч. 2 Ст.
105 УК квалифицируются деяния виновного, совершившего два либо более убийства. В различие от убийства, квалифицируемого по п. «а» ч. 2 Ст. 105
УК, эти преступления совершаются при отсутствии одного умысла и, как правило, в различное время. Пункт «н» ч. 2 Ст. 105 УК РФ применяется в том случае, если ранее совершенное грех квалифицировано по ч. 1 Либо ч.
2 ст. 105 УК, а также по ст. 102 Либо ст. 103 УК РСФСР. Не считая того, как указал Пленум Верховного Суда РФ, по «смыслу закона основанием для квалификации действий виновного по п «н» ч. 2 Ст. 102 УК РФ является также совершение им ранее преступлений, предусмотренных ст. 277, 295, 317, 357 УК
РФ и (либо) ст. 66, 67, 191, П. «в» ст. 240 УК РСФСР» (п. 14 Постановления от 27 января 1999 г. № 1).

2. Привилегированные составы убийства

История детоубийства в российском праве указывает, до этого всего, противоречия во взорах на значение и состав данного преступления в разные периоды развития общества.

В русском законодательстве первое упоминание об данной норме встречается в Соборном Уложении 1649 г. В главе XXII, статьях 3 и 26 этого законодательного монумента определяется наказание папе либо матери, убившим собственного дитя, сроком на один год тюремного заключения (ст.3)[2]. В ст.6
Уложения говорилось о том, что отпрыск либо дочь не могли свидетельствовать на суде против собственных родителей11, другими словами, дети были юридически бесправными перед своими родителями.

Статья 26 Уложения имела целью воспитание нравственности народа и определяла наказание даме, совершившей убийство собственного новорожденного дитя. Данные нормы Уложения 1649 г. Свидетельствовали о том, что детоубийство в ту эру числилось быстрее грехом, а не уголовным проступком.

В следующие годы к исследуемой уголовно-правовой норме отношение поменялось, церковным догматам стали противопоставляться извинительные мотивы, толкнувшие мать к преступлению12

В XIX веке научные заслуги медицины стали свидетельствовать о том, что у матери-роженицы возникает в психике особенное потрясение, вызванное родовыми муками. Данное событие подтверждало снисходительное отношение к детоубийце13.

Тогда же ученые выдвигали ряд событий, которые смягчали ответственность за детоубийство. Так, Н.Л. Зеланд писал: “Вспомним, какой патологической высоты достигает суровость публичного представления в вариантах полового греха дамы, у которой после этого одностороннего падения как бы уже не признают никакого нравственного достоинства - и тогда сумеем понять то состояние отчаяния, в которое впадает женская душа под совместным давлением стыда, одиночества, бедности и послеродового недомогания”13.

нужно отметить, что с развитием науки в XVIII-XIX веках начинает перестраиваться и законодательство многих забугорных государств. В этот период практически все уголовные законодательства отказываются от внедрения смертной экзекуции за детоубийство. В ряде государств, таковых как: Бельгия (ст.396), Германия
(ст.217), Норвегия (ст.234) - Происходит процесс отнесения этого преступления к привилегированным составам14.

В России в первый раз убийство мамой новорожденного дитя рассматривается как привилегированное грех в Уложении о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г. (П.1. Части II ст.1451). Законодатель мотивировал такое решение тем, что “положение виновной в этом преступлении необычное, и частенько она, терзаемая стыдом, ужасом, угрызениями совести и изнуренная телесными страданиями, практически лишается рассудка, следовательно, покушается на ужасное грех без ясного об этом перед собой сознания”15.

Октябрьская революция 1917 г. Смела не лишь государственный аппарат власти, но и старое законодательство, несмотря на то, что можно было сохранить конструкцию тех норм уголовного права, которые отражали заслуги цивилизации. Но, применительно к анализируемой нами уголовно-правовой норме, русское правительство внесло ряд положительных конфигураций в правовые акты, обеспечивающие права матери и дитя. Главными моментами таковых конфигураций являлись мероприятия: по отмене института внебрачных детей; предоставлению дамам права решать самим вопрос о материнстве; установлению материальной помощи одиноким матерям; всемерной охране их трудовых прав16.

Вопрос о том, нужна ли самостоятельная статья, предусматривающая уголовную ответственность за убийство мамой новорожденного дитя, поднимался и при дискуссия проекта УК Союза ССР. Вновь были приведены доводы в пользу таковой нормы, и упор делался на то, что общие статьи об убийстве не могут отражать действительную опасность и сущность детоубийства17.

Законодатель выделил специальную норму в новом Уголовном законе, которая предугадывает уголовную ответственность за убийство мамой новорожденного дитя. Но до введения в действие с 1 января 1997 г. Уголовного кодекса РФ одни авторы считали, что оснований для отнесения детоубийства к менее опасному виду убийств не имеется, остальные же высказывались за выделение детоубийства в самостоятельный состав убийства при смягчающих обстоятельствах.

Убийство мамой новорожденного дитя (детоубийство) (ст. 106 УК) в первый раз в русском законодательстве выделено в самостоятельный привилегированный состав убийства. По дореволюционному законодательству наказание смягчалось только при убийстве внебрачного («незаконнорожденного») дитя.

В УК РСФСР 1960 г. Детоубийство не выделялось, и рассматривалась практикой как разновидность обычного убийства. Происшествия, сопутствующие детоубийству (особенное физическое и психическое состояние дамы во время родов; тяжелая домашняя обстановка; материальные трудности). традиционно учитывались судами в качестве смягчающих событий в рамках санкции ст.103. Но детоубийство могло быть квалифицировано и по ст. 102 УК 1960 г. При наличии отягчающих событий (повторность, особая жестокость).

Исполнителем преступления, предусмотренного ст. 106 УК, может быть лишь мать новорожденного дитя. В качестве подстрекателя либо пособника может выступать другое лицо (отец дитя, акушерка). деяния такового лица квалифицируются по общему правилу о квалификации соучастия в преступлении со особым субъектом, т.Е. По ст. 33 И ст. 106 УК. Напротив, убийство новорожденного, совершенное иным лицом даже с согласия и по просьбе матери, квалифицируется по ч. 1 Либо ч. 2 Ст. 105 УК.

Убийство мамой новорожденного дитя (ст.106 УК РФ) включает в себя четыре самостоятельных вида:

1) убийство во время родов;

2) убийство новорожденного дитя сходу после родов;

3) убийство новорожденного дитя в условиях психотравмирующей ситуации;

4) убийство новорожденного дитя в условиях психического расстройства, не исключающего вменяемости.

В ст. 106 УК предусмотрено две ситуации.

Первая ситуация – убийство мамой новорожденного дитя во время либо сходу же после родов – не непременно связывается с каким-или психическим расстройством матери. Практика знает много случаев, когда такое убийство совершается расчетливо и хладнокровно, планируется и готовится заблаговременно, часто из-за нежелания подвергать себя операции аборта.
принципиально установить, что убийство укладывается в определенный законом просвет времени («во время либо сходу же после родов»). Смягчение законодателем ответственности может быть объяснено тем, что в этот период дама не постоянно в состоянии принимать рождающегося человека как самостоятельное существо, продолжает созидать в нем свой плод, чувствовать его как источник боли и страданий.

Вторая ситуация – убийство мамой новорожденного дитя в условиях психотравмирующей обстановки либо психического расстройства, не исключающего вменяемости, - напротив, не связывает ответственность со столь узеньким промежутком времени. Психотравмирующая обстановка может появиться до родов, во время родов либо некое время спустя. Роды сами по себе, необходимость заботится о новорожденном, семейные неурядицы – все это в совокупности может оказаться непосильной перегрузкой для психического состояния роженицы, в особенности в первое время. Может быть и психическое расстройство, не исключающее вменяемости (ст. 22 УК). В данном случае состояние влияет и на квалификацию преступления.

Во втором варианте речь идет также об убийстве новорожденного дитя. В медицинской практике новорожденный считается ребенок до заслуги им одного месяца. Убийство дитя большего возраста не может квалифицироваться по ст. 106 УК.

В первом официальном проекте Уголовного кодекса РФ (1992 г.) Формулировка соответствующей нормы была более короткой: «умышленное убийство мамой собственного новорожденного дитя во время родов либо конкретно после родов». Это совпадало с текстом статей о детоубийстве, имевшихся в то время в большинстве уголовных кодексов остальных союзных республик. В проекте
Уголовного кодекса РФ, принятом гос думой в первом чтении
(декабрь 1994 г.), Детоубийство не было предусмотрено. Модельный Уголовный кодекс для государств СНГ (1996 г.) Уточнил условия внедрения данной нормы, добавив слова: «совершенное в условиях психотравмирующей ситуации, вызванной родами».18 Это дополнение соответствовало существовавшему в науке уголовного права представлению о смягчающей роли данного происшествия.19

маленькое изменение, внесенное в окончательную редакцию нормы при последнем голосовании проекта (слова «а равно» перед второй частью фразы), значительно расширило её содержание, разорвав связь меж моментом родов и психическим состоянием матери.
Данные точки зрения отражают историю понятия “убийство мамой новорожденного ребенка” и поэтому заслуживают рассмотрения для его уточнения.

Н.И. Загородников свое возражение против установления специальной нормы о детоубийстве, в которой предусматривается пониженное наказание за это грех, аргументировал тем, что действующее уголовное законодательство (УК РСФСР) о грехах против жизни и без специальной нормы дает суду широкие способности найти наказание за детоубийство с учетом отягчающих и смягчающих событий, в том числе и аномалий в состоянии здоровья дамы, а также особенного психологического состояния роженицы. Выделение же состава детоубийства, считал он, создает привилегированное положение для лиц, совершивших убийство новорожденного дитя по низменным, корыстным, антиобщественным мотивам, время от времени ожесточенным образом и без каких бы то ни было смягчающих событий20.

схожую позицию занимает С.В. Бородин: “Известно, что основанием для выделения детоубийства в самостоятельный состав преступления является то, что дама во время родов часто оказывается в тяжелом состоянии, влияющем на психику. Конкретно такое состояние признается смягчающим обстоятельством. Это верно. Но совместно с тем нужно отметить, что далеко не каждое детоубийство совершается при данных смягчающих обстоятельствах. Поэтому заблаговременно относить все детоубийства к совершенным при смягчающих обстоятельствах вряд ли правильно. Это ослабляет борьбу с данным видом преступления. Признание детоубийства обычным убийством дает возможность дифференцированно подходить к каждому случаю”21.

Противоположную точку зрения высказывают остальные авторы. В базе их обоснования отнесения убийства мамой новорожденного дитя к менее тяжким преступлениям (в ред. УК РСФСР 1960 г.) Лежит событие, связанное со здоровьем виновной, в частности, болезненным состоянием матери22, патологическим состоянием роженицы23, состоянием остро развившегося психоза24, состоянием острого расстройства психики25.

Ряд исследователей данного вопроса основанием признания детоубийства нетяжким преступлением и понижения за него наказания считают
“расстройство”, не уточняя его природу и именуя его завышенным нервным возбуждением26, особым психическим состоянием27, определенным состоянием психики28, особым психофизическим состоянием29.

В числе оснований для понижения ответственности за детоубийство отдельные авторы называют меньшую степень публичной угрозы виновной30. По мнению Б.С. Сарыева, единственной предпосылкой признания детоубийства составом со смягчающими обстоятельствами являются побуждения, толкнувшие на убийство, обусловленные пережитками прошедшего в отношении к даме31. время от времени предпосылкой смягчения ответственности является то, что преступное деяние явилось результатом обмана девушки, введения её в заблуждение32.

На мой взор, более основательным представляется мировоззрение тех авторов, которые еще до введения нового Уголовного кодекса высказывались о целесообразности выделения детоубийства в самостоятельный состав со смягчающими вину обстоятельствами. Таковая позиция по данному вопросу разъясняется следующим. Во-первых, судебная практика и уголовное законодательство, беря во внимание низменность мотивов и общественную опасность, при назначении наказания исходят не лишь из предумышленности действий виновной, но и из того, какими причинами они были вызваны. Исследование материалов уголовных дел указывает, что в подавляющем большинстве случаев
(70%) виновная заблаговременно готовится избавиться от дитя и с данной целью прячет беременность от органов здравоохранения и окружающих, но при детализированном рассмотрении вопроса мы выясняем, что субъектом детоубийства является юная женщина, покинутая папой дитя во время беременности, или дама, как правило, незамужняя, которая находится в тяжелом материальном положении. Другими словами, умысел или мотив убийств новорожденных детей не появляются сами по себе, их истоки непременно кроются в социальной среде. На этом основании тяжело согласиться с теми авторами, которые говорят, что мотивы детоубийства низменны, эгоистичны, и поэтому данное грех нельзя относить к привилегированному составу.

Во-вторых, заслуги медицинской науки свидетельствуют о том, что беременность и роды, осложненные действием на психику дамы остальных истощающих факторов, вызывают мощное возбуждение и расстройство психики, под влиянием которых дама совершает убийство дитя. Конкретно поэтому заслуживают внимания взоры тех ученых, которые основанием смягчения ответственности за убийство новорожденного дитя считают конфигурации в сознании и психике дамы вследствие родов. В-третьих, практика назначения наказания за детоубийство в рамках деяния УК РСФСР 1960 г. Приводит к выводу, что квалификация действий детоубийц по ст.103 Не соответствовала степени угрозы этого преступления. При сопоставлении средних размеров наказания, назначаемых судами матерям-детоубийцам и лицам, виновным в совершении других видов умышленных убийств, выясняется, что средний срок лишения свободы составлял 3,9 года. Средний размер наказания лицам, совершившим другие умышленные убийства и осужденным по ст.103 УК
РСФСР, равен 6,2 года. Не считая того, судебная практика часто (около 45%) прямо не признавала детоубийство тяжким преступлением: при вынесении приговора суды ссылались на положения ст.43,44,46 УК РСФСР, что предоставляло им возможность назначать наказание детоубийцам ниже санкции ст.103 УК РСФСР. В качестве примера можно привести следующее уголовное дело.

Р. Осуждена по ст.103 УК РСФСР (убийство новорожденного дитя) к лишению свободы сроком на восемь лет. Заместитель Председателя Верховного
Суда внес протест в Судебную коллегию Верховного Суда РСФСР о понижении Р. Наказания до трех лет лишения свободы. Судебная коллегия протест удовлетворила: вина Р. Материалами уголовного дела подтверждена, но в части меры наказания приговор суда подлежит изменению. Назначая виновной наказание, трибунал признал смягчающие вину происшествия (признание вины, совершение преступления в первый раз), но не учел их в достаточной степени.
Также не было учтено трибуналом болезненное состояние дамы, вызванное родами, и тот факт, что её оставил отец родившегося дитя. С учетом этого, назначение наказания Р. Следует признать несправедливым вследствие его суровости и поэтому подлежит понижению до трех лет с применением ст.44 УК
РСФСР (условное осуждение)33.

В последнее время стали встречаться юные дамы имеющие синдром обретенного иммунодефицита. Как правило, в собственном большинстве данные дамы получают данное заболевание вследствие внутривенного употребления наркотических средств. Мотивом убийства детей посреди схожих женщин наряду с общеописанными причинами может быть и нежелание иметь дитя зараженного ВИЧ-инфекцией. Данный мотив ранее в практике не описывался.

Я считаю, что законодатель совсем обоснованно выделил в самостоятельную уголовно-правовую норму убийство мамой новорожденного дитя (ст.106 УК РФ) по признаку специального субъекта (мать новорожденного дитя), со смягчающими вину обстоятельствами (особенные конфигурации в сознании и психике дамы, вызванные родовыми действиями).

Изложенное выше дозволяет мне перейти к дальнейшему анализу объективных и субъективных признаков убийства мамой новорожденного дитя.

Уголовно-правовой охране по российскому законодательству в равной степени подлежит жизнь хоть какого человека независимо от его возраста, физических и моральных свойств. Со гибелью человека прекращается уголовно- правовая охрана его жизни. Конкретно поэтому уголовный закон, ставя одной из собственных задач всемерную охрану этого блага, относит грех против жизни к числу более опасных.

Объект посягательства при убийстве мамой новорожденного дитя показывает на необыкновенную общественную опасность этого преступления. Опасность, до этого всего, состоит в том, что человек лишается жизни.

русское уголовное право содержит глубокую разработку трудности объекта преступления34, суть которой сводится к признанию его в качестве публичных отношений, охраняемых уголовным законом. Но целью настоящей работы не является рассмотрение всех спорных моментов данной трудности. Я ограничусь только изложением тех положений, которые необходимы для понимания вопроса об объекте убийства мамой новорожденного дитя.

Неразрывная связь меж участниками публичных отношений и публичными отношениями как такими дозволяет найти объект уголовно- правовой охраны через характеристику личности человека. Единство публичных отношений и личности не значит их взаимного поглощения.

В.П. Тугаринов пишет: “Свойство быть личностью присуще человеку не как биологическому существу, а как социальному существу, т.Е. Общественно- историческому человеку как совокупности публичных отношений. Понятия
“человек” и “личность” различаются меж собой также и в том отношении, что понятие “человек” есть понятие природно-публичное, а понятие “личность” есть понятие социальное, т.Е. Оно связано не с физическим бытием человека, а с его определенными публичными качествами. Личность есть человек, взятый в совокупности тех параметров (свойств), которые вырабатываются в нем в процессе взаимоотношений с обществом”35.

На этом основании, при убийстве мамой новорожденного дитя в качестве родового объекта выступает личность как совокупность всех публичных отношений и как субъект и носитель конкретного публичного дела, а в качестве непосредственного объекта - жизнь новорожденного дитя.

совсем ясно, что новорожденный ребенок только со временем может стать развитой, полноценной личностью. Но сам факт рождения нового члена общества порождает к жизни ряд новейших публичных отношений: ребенок приобретает ряд прав (к примеру, имущественные), у родителей и страны появляются обязанности по его воспитанию, защите и заботе. С данной точки зрения, ребенок обязан рассматриваться как возможная личность, и поэтому посягательство на его жизнь обязано относиться к преступлению против личности.

Понятие такового преступления, как убийство мамой новорожденного дитя, неразрывно связано с жизнью и гибелью человека. Основополагающим тут является вопрос определения начального и конечного моментов человеческой жизни, поскольку он в целом ряде случаев может являться решающим при квалификации преступлений, к примеру, разграничение детоубийства от криминального аборта.

Конституция РФ в ст.20 Устанавливает, что “каждый имеет право на жизнь”. Применительно к теме нашего диссертационного исследования “право на жизнь” - это совокупность уголовных и гражданско-правовых норм, направленных на охрану жизни человека, устанавливающих недопустимость случайного лишения жизни, запрет активной эвтаназии, дозволенность искусственного осеменения и имплантации эмбриона, а также самостоятельное решение дамой вопроса о материнстве, в том числе об искусственном прерывании беременности36.

к примеру, уголовное дело по факту обнаружения трупа новорожденного мальчика на берегу р. Большой канал. Л., 32 Года, обвиняемая в убийстве новорожденного дитя, показывала, что забеременела четвертым ребенком.
Трое остальных детей являются несовершеннолетними. В семье тяжелое материальное положение. На учет в женскую консультацию не вставала. Аборт не делала из-за отсутствия денежных средств. На протяжении всей беременности воспринимала разные препараты с целью избавиться от плода. По её подсчетам приблизительно на девятом месяце ввела себе мыльный раствор, вследствие чего произошли роды. Рождала над унитазом, была уверена в рождении мертвого дитя. Обнаружив, что младенец появился живой, задушила его и отнесла на свалку на берегу р. Большой канал.

На основании изложенного, можно сделать вывод, что представление о рождающемся ребенке как о человеке, возникает лишь тогда, когда есть настоящая возможность его узреть. Отметим, что согласно медицинской науке, если ребенок не появился, т.Е. Не освободился полностью из утробы матери и не заполучил признаков жизни, то он в этот момент является плодом, и, следовательно, посягательство на него не может являться убийством37

Совершение убийства новорожденного дитя может быть как с прямым, так и с косвенным умыслами. На это событие указано в п.2 Постановления
Пленума Верховного Суда РФ “О судебной практике по делам об убийстве
(ст.105 УК РФ)”. Следовательно, при совершении детоубийства с прямым умыслом мать новорожденного понимает, что своими действиями (бездействием) создает опасность для жизни дитя, предвидит пришествие погибели дитя в итоге собственных действий (бездействия) и хочет её пришествия с целью избавиться от новорожденного. При совершении убийства новорожденного с косвенным умыслом мать понимает фактическую сторону и опасность для жизни дитя, предвидит пришествие его погибели, не хочет, но сознательно допускает её пришествие либо безразлично относится к этому факту.

Преступный итог при прямом умысле является единственной целью
(уничтожить новорожденного дитя) либо нужным средством для заслуги какой-или другой цели (избавиться от чувства стыда, позора в случае внебрачной беременности, результатом чего является погибель младенца). При косвенном умысле виновная допускает пришествие погибели, или безразлично относится к её наступлению.

Анализ уголовных дел дозволил мне придти к выводу, что порядка 70% детоубийств совершается с прямым умыслом. В этих вариантах происшествия уголовных дел свидетельствуют о том, что виновная употребляла такие деяния (бездействия), направленные на убийство новорожденного дитя, результатом которых безизбежно становилась погибель младенца. К схожим действиям (бездействию), к примеру, можно отнести удушение дитя руками и ногами во время родов, утопление в ведре с водой, долгое оставление без пищи.

Примером убийства с прямым умыслом служит уголовное дело по обвинению
Н., Которая без помощи других родила новорожденного, жизнеспособного младенца.
потом умышленно, с целью совершения убийства новорожденного дитя, завернула его в пеленки, положила в полиэтиленовый пакет, который вынесла на улицу и положила в мусорный контейнер, где новорожденный ребенок и скончался.

Детоубийство с косвенным умыслом типично для тех случаев, когда мать, с целью избавиться от дитя, оставляет его в местах, где обнаружение и спасение его маловероятно, а также при неоказании первой нужной помощи новорожденному при родах, когда возможность оказать такую помощь реально существует (к примеру, вызвать врача, перерезать пуповину, очистить дыхательные пути и т.Д.).

увлекательным представляется и рассмотрение вопроса о моменте возникновения умысла и влияние данного происшествия на квалификацию детоубийства.

Так, В.И. Ткаченко отстаивал точку зрения, что: “если детоубийство - итог заблаговременно обдуманных действий, то оно обязано квалифицироваться как убийство без смягчающих обстоятельств”38. За схожее решение вопроса высказывался и С.В. Бородин, который показывает, что “детоубийство при схожих обстоятельствах, когда виновная к нему заблаговременно готовится, было бы неправильно признавать совершенным при смягчающих обстоятельствах”39.

Обнаружение умысла еще до родов не обязано повышать общественную опасность детоубийств, а означает, изменять квалификацию содеянного. Таковая позиция подтверждается современной законодательной и судебной практикой, которая не проводит различий в квалификации детоубийств по моменту возникновения умысла. Вправду, при заблаговременно обдуманном умысле меж возникновением намерения совершить детоубийство и его реализацией есть определенный, время от времени очень продолжительный период времени. Но долгий период подготовки к детоубийству свидетельствует о колебаниях и терзаниях беременной дамы. Только всесторонняя оценка событий по делу дозволит суду верно найти значение такового умысла. Анализ уголовных дел и юридической литературы свидетельствуют о том, что решимость избавиться от дитя преступным методом дается нелегко, после долгих колебаний и переживаний. Такое решение принимается дамой в период беременности и в состоянии, далеком от спокойного, обычного, т.К. Беременность значительно изменяет общее психическое и эмоциональное состояние.

Следует учесть, что впору прервать беременность дамы не могут в силу разных обстоятельств, но главными уважительными основаниями являются: обещания отца дитя жениться, вследствие чего пропускается установленный срок (12; 22 недельки) для производства аборта; боязнь огласки прерывания беременности в медицинском учреждении (типично для несовершеннолетних, незамужних и в вариантах внебрачной беременности); тяжелое материальное положение, когда на иждивении есть несовершеннолетние дети; разнообразные “извинительные” мотивы, которые значительно влияют на первоначальное решение дамы иметь дитя. Все указанные предпосылки получают доминирующий характер в сознании дамы в момент и после родов.

беря во внимание подобные происшествия, совсем недопустимо считать, что заблаговременно появившийся умысел на детоубийство владеет большой публичной угрозой и обязан влиять на квалификацию содеянного. В данной ситуации нужно обращать внимание не на момент, когда возникает умысел, а на те происшествия, которые послужили поводом к его возникновению.

При исследовании материалов уголовных дел мне приходилось сталкиваться с примерами, в которых детоубийство совершается с внезапно появившимся умыслом.
В таковых вариантах возникновение умысла обусловлено тем, что дамы при нежелательной беременности пробуют от нее избавиться и поэтому убеждены в рождении мертвого дитя. Но, несмотря на все “старания”, рождается живой ребенок и, как следствие, происходит его убийство. Таковых дел оказалось 25%.
Возникновение внезапно появившегося умысла обуславливается и родовыми муками, когда психическое состояние дамы характеризуется высокой степенью напряженности, а ребенок воспринимается как причина её страданий и личных неудач (таковых дел оказалось 5%).

В качестве примера можно привести уголовное дело по обвинению Л., 23 Года. Обвиняемая Л. Живет в незарегистрированном браке, имеет дитя 3-х лет. Вторая беременность наступила случаем через 3,5 месяца после аборта.
Несмотря на то, что достаточно рано нашла беременность и осознала её крайнюю нежелательность и бесперспективность, впору её не прервала.
Затянула с анализами, опоздала на консультацию, находила массу отвлекающих житейских заморочек. Для уменьшения болей в животе воспринимала анальгин.
Несмотря на нехорошее самочувствие, врачей не посещала. Не один раз на поздних сроках воспринимала лекарственные препараты, парилась в бане с целью прервать беременность. Была полностью уверена в рождении мертвого дитя.
Когда начались роды и появился живой ребенок, Л. Была в шоке и решила его задушить. Погибель новорожденного наступила в итоге асфиксии.

В истории русского уголовного права ряд авторов, исследовавших делему детоубийств, пришли к выводу о необходимости привлечения дамы к уголовной ответственности, если она неосторожно причинит погибель ребенку во время родов, а также после них. Так, Н.И. Загородников отмечал, что неосторожные детоубийства владеют “низкой степенью публичной опасности”, поэтому, “учитывая все происшествия дела, может оказаться более правильным ограничиться условным осуждением”40.

Полагаю, что причинение мамой погибели своему новорожденному ребенку во время родов, совершенное по неосторожности (с учетом предложений – неосторожное убийство), наказанию не подлежит. Таковая позиция владеет последовательностью и правильностью с точки зрения особых черт преступления и субъекта детоубийства.

Как уже отмечалось, специфика родового процесса различается высокой степенью эмоциональной напряженности и большими физическими перегрузками. Эти происшествия накладывают значимый отпечаток на сознание дамы. В данный момент психическое состояние роженицы таково, что оно исключает возможность надлежащей осмотрительности и внимания с её стороны. Как понятно, специфика неосторожных преступлений заключается в невнимательности, пренебрежении правилами предосторожности, легкомысленности и в отсутствии знаний и опыта. Далеко не любая дама, рожающая без помощи других, имеет опыт и навыки для того, чтоб оказать нужную и не терпящую отлагательства помощь новорожденному ребенку.
Какое из указанных событий можно поставить в вину роженице, психика которой под влиянием родовых мук находится в ослабленном состоянии?

Показательным примером может быть уголовное дело по обвинению В. В убийстве собственного новорожденного дитя по неосторожности. В. Родила дитя одна в собственной квартире. После родов перевязала пуповину и положила дитя на пол. Потом В. Принялась останавливать кровотечение, которое раскрылось у нее вследствие родов; позже принялась убирать следы родов на полу. Когда В. Вспомнила о ребенке, он был мертв. Погибель новорожденного наступила в итоге переохлаждения. Трибунал приговорил В. К 1 году лишения свободы, условно.

На мой взор, наличие особенного психофизического состояния дамы- роженицы обязано исключать наказуемость за неосторожное причинение погибели новорожденному ребенку. Схожим образом обязан решаться вопрос о детоубийстве, совершенном в условиях психотравмирующей ситуации и психического расстройства, не исключающего вменяемости.

верная квалификация убийства мамой новорожденного дитя предполагает тщательное исследование мотивов совершения преступления, т.К. Установление реальных мотивов детоубийства имеет решающее значение для правильной квалификации преступления и определения меры наказания.
“Мотивы совершения убийства отражают в кривом зеркале условия социальной жизни, и поэтому резкие конфигурации социальных условий безизбежно вызывают и конфигурации мотивов убийства”, - отмечалось в юридической литературе41.

Данное высказывание полностью распространяется и на мотивы убийства мамой новорожденного дитя. Мотивы детоубийства - это обусловленное определенными потребностями и интересами внутреннее побуждение, вызывающее у лица намерения совершить грех. Они тесновато соединены с виной, но не совпадают и не соединяются с ней. Воздействуя на сознание детоубийцы, мотивы сформировывают направленность воли, обуславливают характер её действий. Конкретно в этот момент и возникает связь мотивации и ситуации, ведь мотивы детоубийства тесновато соединены с потребностями и интересами, и если мотивы разрешают понять, почему дама в определенной ситуации сделала данное грех, то потребности и интересы раскрывают источники побуждения, базу избирательности и направленности поведения личности42.

Анализ материалов уголовных дел указывает, что к более распространенным мотивам детоубийства относятся: стыд за рождение дитя вне брака (40%), обман отца дитя (20%), ужас перед родителями либо близкими родственниками (10%), боязнь огласки аборта в медицинском учреждении (10%, свойственно незамужним и несовершеннолетним), трудности материального характера в содержании дитя (5%), рвение дамы сохранить супруга в случае внебрачной беременности (2%), по причине того, что виновная считала дитя мертвым, неполноценным (45%), желание вести свободный образ жизни (1,5%).

В г. Ангарске за период с января 1999 года по январь 2001 года записанно 6 случаев убийств новорожденных младенцев. Но данную статистику не следует считать чёткой, так как следует учесть высшую латентность данного твида преступления.

Приведенный список включил мотивы, которые трибунал учел в качестве основного мотива конкретных детоубийств. Материалы уголовных дел свидетельствуют, что указанное грех редко совершается по одному мотиву. Как правило, данное грех - итог определенной совокупности их, причем таковой, которое дает полное основание утверждать о стечении на данном этапе жизни дамы тяжелых личных и семейных событий. А.В. Наумов отмечает, что “вероломное поведение любимого человека, необычайно тяжелое положение, в котором дама очутилась в связи с беременностью и родами, - эти происшествия нельзя не назвать стечением тяжелых личных и семейных событий, которые традиционно являются побудительными причинами детоубийства”43. Для таковых женщин грех явилось “скорее бедой, чем виной, собственного рода “несчастным случаем”. Я решил разглядеть некие мотивы, традиционно доминирующие при убийстве мамой новорожденного дитя.

Детоубийства по причине стыда совершены фактически в 75% случаев.
Данный мотив является порождением предрассудков и старых взглядов о позоре дамы, родившей вне брака. Указанные предрассудки в современном обществе заполучили несколько смягченный характер, но не пропали совершенно, а в неких местностях они очень распространены.

Совершение детоубийства по мотивам стыда типично для юных женщин в возрасте от 16 до 25 лет, которые являются незамужними. Указанный мотив прослеживается и в мотивации преступного поведения у женщин, имеющих взрослых детей, а также женщин, забеременевших не от супруга. Для первых типично чувство стыда перед детьми (стыд морального плана), а также чувство стыда за тот факт, что в семье существует тяжелое материальное положение, и третий либо четвертый ребенок значительно осложнит без того нелегкую жизнь. Для остальных чувство стыда проявляется перед мужем, когда папой дитя является другой человек. Показательными примерами детоубийств по мотиву стыда могут служить следующие уголовные дела.

Так, обвиняемая в убийстве собственного новорожденного дитя О., 16 Лет, сделала грех при следующих обстоятельствах. О. Училась в ПТУ, где познакомилась с учащимся старшего курса Д. И вступила с ним в интимную связь. Д., Узнав о беременности О., Предложил сделать аборт, но О. Отказалась, т.К. В больнице работала её родная тетка, и собиралась делать аборт в другом городе. Когда она все-таки обратилась в медицинское учреждение, допустимый срок уже был упущен. Стыдясь окружающих, О. Скрывала беременность, туго перетягивала живот, а после того, как родила дитя, из- за боязни огласки задушила его бельевой веревкой и отнесла в лесной ближний массив. Гр. О. Была установлена и задержана органами предварительного следствия и, хотя она давала показания о том, что она не убивала собственного дитя, а он появился мертвым, была проведена судебно- медицинская экспертиза, в итоге которой стала известна причина погибели младенца – удушение.

Как разновидность совершения убийства мамой новорожденного дитя по мотивам стыда нужно разглядывать мотив боязни огласки производства аборта в медицинском учреждении. Исследования показывают, что соблюдение тайны данной операции, в особенности в малеханьких городах и сельской местности, не гарантировано. Дамам приходится сталкиваться с унижением и трудностями при производстве аборта. Они боятся огласки, поэтому часть из них не обращается в дамские консультации, не оформляет декретного отпуска, рождает вне больницы, не отдает дитя в детский дом, а идет по пути преступления конкретно потому, что все остальное связано с проявлением огласки.

черта такового мотива, как трудности материального плана, представляет определенный энтузиазм. Практически в каждом уголовном деле встречается упоминание о тяжелом материальном положении в семье родителей
(типично для несовершеннолетних), отсутствии денежных средств на создание аборта, отсутствии значимой материальной помощи одиноким матерям со стороны страны, безработице, боязни попасть под сокращение на работе при оформлении декретного отпуска, или невозможности получения работы из-за наличия детей в возрасте до 3 лет. А если еще учитывать, что указанные происшествия переплетаются с другими, таковыми как: наличие у матери-одиночки еще двух-трех молодых детей, неприязненного дела с родственниками, с которыми приходится проживать совместно, трудные жилищные условия либо безработица супруга, то налицо та самая “извинительная” ситуация, которая доказывает пониженное уголовное наказание за убийство мамой новорожденного дитя.

На данный момент детоубийство выделено в самостоятельный, привилегированный состав преступления. Но роль мотивов убийства мамой новорожденного дитя не растеряла собственного значения. Согласно п. 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ “О судебной практике по делам об убийстве (ст.105 УК РФ)”, “при назначении наказания за детоубийство нужно учесть все происшествия, при которых оно совершено: вид умысла, мотива и цель”. Таковая позиция совсем обоснована, ибо мотивы определяют сущность, природу детоубийства, они сопутствуют ему, поскольку участвуют в процессе формирования особенного состояния субъекта преступления.
Мотивы детоубийства еще раз подчеркивают правоту законодателя, выделившего в самостоятельную норму указанное грех, так как они характеризуют самостоятельность и специфичность ответственности детоубийцы.

При убийстве мамой новорожденного дитя мотив имеет много общего с целью, порой их тяжело отличить. Нужно учесть, что мишень преступления - это мысленное представление, модель общественно опасных последствий, к достижению которых стремится лицо. Мишень и мотив тесновато соединены меж собой, но по времени мотив возникает ранее цели. Мишень как осознанное рвение к ублажению возникает из потребностей, возникает на базе преступного мотива. Совместно эти элементы субъективной стороны сформировывают интеллектуальную и волевую деятельность лица по совершению преступления. Мотивируя совершение преступления семейно-бытовыми отношениями, материальными трудностями, дама преследует очень определенную мишень - сохранить семью (брак), не ухудшить материальное положение и т.П.

таковым образом, рассмотрев субъективные признаки убийства мамой новорожденного дитя, можно констатировать, что эмоции - это испытываемые детоубийцей переживания по поводу собственного состояния, совершаемого деяния либо событий окружающей реальности. Они не являются источником деяния человека, их функции соединены, основным образом, с повышением активности его деятельности. Эмоции придают психическим действиям особенный фон, способствующий возникновению мотива, ориентируют человека на постановку определенной цели44.

Эмоции характеризуются определенными эмоциональными реакциями, посреди которых более частенько встречаются гнев, удовлетворенность, тоска, ужас.
Интенсивность эмоциональных реакций и степень их влияния на психологическую деятельность детоубийцы выражаются в рамках таковых понятий, как особенное психологическое состояние, психотравмирующая ситуация и психическое расстройство. Решающим фактором для отнесения детоубийства к составам со смягчающими вину обстоятельствами является совпадение времени совершения преступления с моментом, когда организм матери-роженицы переживает сильнейшее физическое и психическое потрясение, вызванное родами.

Заканчивая уголовно-правовую характеристику детоубийства отмечу, что заслуги медицинской науки свидетельствуют о том, что беременность и роды, осложненные действием на психику дамы остальных истощающих факторов, вызывают и мощное возбуждение, и расстройство психики, под влиянием которых роженица совершает убийство новорожденного дитя.
исследование карательной практики судов по делам о детоубийстве в рамках деяния УК РСФСР 1960 г. Приводит к выводу, что квалификация действий детоубийц по ст.103 Не соответствовала степени угрозы этого преступления. Конкретно указанные основания послужили поводом для выделения детоубийства в самостоятельный, привилегированный состав преступления
(ст.106 УК РФ).

2.1. Убийство, совершенное в состоянии аффекта (ст. 107
УК РФ)

1) Убийство совершенное в состоянии внезапно появившегося мощного душевного волнения (аффекта), вызванного насилием, издевательством либо тяжким оскорблением со стороны потерпевшего или другими противоправными либо аморальными действиями (бездействием) потерпевшего, а равно долговременной психотравмирующей ситуацией, появившейся в связи с систематическим противоправным либо аморальным поведением потерпевшего, - наказывается ограничением свободы на срок до трех лет либо лишением свободы на тот же срок.
2) Убийство двух либо более лиц, совершенное в состоянии аффекта, - наказывается лишением свободы на срок до пяти лет.

Данная норма по содержанию идентична ст. 104 УК РФ 1960 г., Но новая её редакция просит особо пристально разглядеть все признаки данного состава преступления. Смягчение ответственности за данный вид убийства обусловлено двумя обстоятельствами: во-первых, виновный действует в особом психическом состоянии – в состоянии внезапно появившегося мощного душевного волнения либо аффекта (закон употребляет эти понятия как равнозначные); во- вторых, провоцирующим характером поведения потерпевшего, который своими действиями приводит виновного в состояние аффекта и вызывает у него намерение совершить убийство. Лишь сочетание названных двух событий в каждом конкретном случае дает основание для внедрения ст. 107 УК.

Аффект – особенное психическое состояние человека, которое характеризуется кратковременностью и бурным развитием, мощным и глубочайшим эмоциональным переживанием, броским внешним проявлением, сужением сознания и понижением контроля за своими действиями.

мощное душевное волнение не считается болезненным расстройством психики и не рассматривается как медицинский критерий невменяемости.
Поэтому его время от времени называют физиологическим аффектом в различие от патологического аффекта, когда в итоге мощного переживания происходит полное отключение сознания, что исключает вменяемость. Физиологический аффект не лишает человека способности сознавать свои деяния, но существенно затрудняет самоконтроль и критическую оценку принимаемых решений. Поэтому для внедрения ст. 107 УК недостаточно сослаться на провоцирующий характер поведения жертвы, нужно установить состояние аффекта виновного. Следственные органы не постоянно уделяют внимание оценке состояния виновного и не мотивируют свой вывод о наличии аффекта. Традиционно трибунал без помощи других оценивает душевное состояние виновного по происшествиям дела, но в сложных ситуациях может быть назначение психологической или (при наличии колебаний относительно вменяемости) комплексной психолого-психиатрической экспертизы.45

Смягчающее значение придается в ст. 107 УК, лишь внезапно возникшему сильному душевному волнению, что описывает и внезапность возникновения умысла на убийство, и немедленную его реализацию. Если же меж провоцирующим поступком потерпевшего и причинением ему погибели проходит значимый просвет времени, в течение которого виновный обдумывает и готовит убийство, то ст. 107 УК не применяется. Незначительный разрыв во времени меж противозаконными действиями потерпевшего и убийством не исключает квалификацию содеянного по ст. 107 УК. Возможна ситуация, когда мощное душевное волнение возникает не в период совершения потерпевшим противозаконных действий, а в момент, когда виновному стало понятно об этих действиях.

Для квалификации убийства по ст. 107 УК нужно установить, что предпосылкой мощного душевного волнения (аффекта) явились определенные деяния потерпевшего. К ним закон относит альтернативно: а) насилие; б) издевательство; в) тяжкое оскорбление; г) другие противоправные либо аморальные деяния (бездействие) потерпевшего. Существенным нововведением по сравнению со ст. 104 УК 1960 г. Является указание на то, что аффект может быть вызван также «длительной психотравмирующей ситуацией, появившейся в связи с систематическим противоправным либо аморальным поведением потерпевшего». Этим дополнением расширяется представление о механизме образования аффекта.

Насилие как повод для возникновения мощного душевного волнения может проявляться в причинении вреда здоровью, нанесении ударов, побоев, ранений, пощечины, истязании, изнасиловании либо других насильственных действиях сексуального характера и т.Д. При этом насилие может быть применено не лишь к виновному, но и к его близким. Если лицо, совершая убийство в состоянии аффекта, осуществляет свое право на нужную оборону, то оно или освобождается от уголовной ответственности на основании ст. 37 УК, или отвечает за убийство, совершенное при превышении пределов нужной обороны (ч. 1 Ст. 108 УК). Поскольку закон не конкретизирует вид насилия, то нужно полагать, что аффект может быть вызван и психическим насилием.
Практика и доктрина уголовного права исходят из того, что насилие обязано носить противоправный характер. Если насильственные деяния были применены потерпевшим правомерно, ст. 107 УК не может быть использована.

Под тяжким оскорблением принято понимать особо грубое унижение чести и достоинства человека, которое можно считать достаточной предпосылкой для возникновения аффекта. При оценке тяжести оскорбления нужно управляться общепринятыми нормами морали, но учесть и личные особенности личности самого виновного, реальное наличие аффекта. Издевательство может выражаться также в насильственных либо оскорбительных действиях, различающихся особым цинизмом либо продолжительностью.

«Иные противоправные деяния (бездействие) потерпевшего» обхватывают любые формы поведения, не являющиеся насилием, издевательством либо тяжким оскорблением, но значительно нарушающие права и законные интересы виновного и его близких, противоправное поведение потерпевшего может быть преступным
(шантаж, клевета, попытка убить дорогие для виновного предметы) или непреступным (оскорбительное приставание, демонстративный отказ от выполнения обязательств и т.П.). Как пример можно привести убийство гр. Л.
30 августа 2002 года по адресу: 20 м/он дом 4 кв. 17. Гражданка Л. Проживая по выше указанному адресу на протяжении долгого времени занималась сбытом наркотиков несовершеннолетним. Один из несовершеннолетних жильцов данного дома приобретя у Л. Наркотики, в итоге их употребления скончался. Его мать, зная, кто, продал отпрыску наркотики пришла по адресу: 20 м/он-4-17, где стала убеждать Л. Прекратить продавать наркотики детям. В ответ Л. В циничной форме заявила, что будет продолжать свою деятельность, и что ей наплевать погиб ли либо умрет еще кто-нибудь от наркотиков. В итоге у матери погибшего дитя появилось внезапное мощное душевное волнение (аффект) и она, схватив лежащий на полке для обуви нож стала наносить гражданке Л. Множественные ранения в область лица и шейки. От полученных ножевых ранений гр. Л. Скончалась на месте происшествия.

Под аморальными действиями (бездействием) потерпевшего следует понимать безнравственные поступки, глубоко ранящие честь и достоинство виновного (к примеру, грубый обман со стороны близкого человека, супружеская измена). таковым примером стало уголовное дело возбужденное 29 августа 2002 года по факту убийства гр. К. Гражданка К. Проживающая по адресу: п. Мегет ул. Колхозная, 24 на протяжении долгого времени изменяла своему супругу с соседом по дому гражданином Р. 29 Августа 2002 года гр. Н. (Супруг гражданки
К.) Пришел домой ранее обыденного и застал гр. К. Совместно с гр. Р. В итоге появившегося у гр. Н. Мощного душевного волнения (аффекта) последний схватил кастрюлю и ударил супругу несколько раз в область головы, причинив гражданки К. Открытую черепно-мозговую травму от которой она скончалась на месте происшествия. Органами предварительного деяния гр. Н. Были квалифицированы по ст. 107 Ч. 1 УК РФ.

Новая редакция нормы допускает постепенное нагнетание психотравмирующей ситуации, вызванной противоправным либо аморальным поведением потерпевшего. Судебная и экспертная практика и ранее сталкивалась с таковым явлением, когда аффект появлялся в итоге переполнения «чаши терпения» у лица, долгое время подвергавшегося оскорблениям и издевательствам. Отсутствие прямого указания в законе затрудняло правильное решение вопроса о достаточном поводе для мощного душевного волнения в этих вариантах. Некие суды неверно полагали, что при наличии неизменных и систематических ссор, затяжного конфликта внезапность мощного душевного волнения не может иметь места.

Психотравмирующая ситуация учитывается как смягчающее событие, если она вызвана противоправным либо аморальным поведением потерпевшего.
традиционно аффект возникает, когда насилие либо остальные противоправные деяния потерпевшего были ориентированы против виновного либо его близких. Но не исключается возможность таковой реакции на аналогичные деяния в отношении остальных лиц.

В прежнем законодательстве список извинительных поводов для аффекта был существенно уже. В Уголовном кодексе 1922 г., Как и в дореволюционном законодательстве, наказание за убийство смягчалось только при условии, если мощное душевное волнение было вызвано «противозаконным насилием либо тяжелым оскорблением со стороны потерпевшего» (ст. 144). УК РСФСР 1926 г. Остался на тех же позициях. Расширение поводов для аффекта вышло в ст.
104 УК 1960 г., Где наряду с насилием и тяжким оскорблением со стороны потерпевшего говорилось также об других противозаконных действиях потерпевшего, «если эти деяния повлекли либо могли повлечь тяжкие последствия для виновного либо его близких». В работающем Кодексе список
«законных» поводов для аффекта безмерно расширен, включая любые противоправные либо аморальные деяния. Это событие, а также отсутствие в ст. 107 УК указания на то, что противоправные либо аморальные деяния потерпевшего «могли повлечь тяжкие последствия для виновного либо его близких», свидетельствуют о придании законодателем более принципиального значения состоянию аффекта у виновного, независимо от того, какие и для кого могли наступить последствия от действий потерпевшего.

Часть 2 ст. 107 УК в первый раз устанавливает завышенную ответственность за убийство двух либо более лиц, совершенное в состоянии аффекта. Эта норма применяется, если предпосылкой аффекта явилось противоправное поведение двух либо более лиц, ставших жертвами убийства. В других вариантах, когда виновный в состоянии аффекта причиняет погибель не лишь обидчику, но и иным лицам (растекание повода), содеянное не может квалифицироваться по ч. 2 Ст. 107 УК, поскольку отсутствует такое основание для внедрения привилегированной нормы, как провоцирующее и противоправное поведение потерпевших.

В отношении остальных отягчающих событий, названных в ч. 2 Ст. 105
УК, действует разъяснение Пленума Верховного Суда РФ, данное в постановлении от 27 января 1999 г. № 1 « О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)», о том, что убийство, совершенное в состоянии мощного душевного волнения, не обязано квалифицироваться как совершенное при отягчающих обстоятельствах.

2.2. Убийство, совершенное при превышении пределов нужной обороны

(ч. 1 Ст. 108 УК), - наказывается ограничением свободы на срок до двух лет либо лишением свободы на тот же срок

нужная оборона – это правомерная защита от общественно опасного посягательства методом причинения вреда посягающему. Деяния, совершенные в состоянии нужной обороны, законны и общественно полезны. Они постоянно соединены с причинением вреда посягающему, что не является преступлением, какой бы тяжести, ни был причиненный вред. Защита без причинения вреда посягающему исключает состояние нужной обороны.

37 статья Уголовного кодекса разъясняет понятие «необходимая оборона»:
1. Не является преступлением причинение вреда посягающему лицу в состоянии нужной обороны, то есть при защите личности и прав обороняющегося либо остальных лиц, охраняемых законом интересов общества либо страны от общественно опасного посягательства, если это посягательство было связано с насилием, опасным для жизни обороняющегося либо другого лица, или с непосредственной опасностью внедрения такового насилия.
2. Защита от посягательства, не сопряженного с насилием, опасным для жизни обороняющегося либо другого лица, или с непосредственной опасностью внедрения такового насилия, является правомерной, если при этом не было допущено превышения пределов нужной обороны, т.Е. Умышленных действий, очевидно не соответствующих характеру и угрозы посягательства.
3. Право на нужную оборону имеют в равной мере все лица независимо от их профессиональной либо другой специальной подготовки и служебного положения. Это право принадлежит лицу независимо от способности избежать общественно опасного посягательства либо обратиться за помощью к иным лицам либо органам власти.

Привилегированный состав убийства, предусмотренный ч. 1 Ст. 108 УК
РФ, является обычным для русского уголовного законодательства. В составе данного преступления смешиваются признаки убийства (ч. 1 Ст. 105 УК) и признаки превышения пределов нужной обороны (ч. 3 Ст. 37), Рассматриваемые в курсе Общей части уголовного права.

Для квалификации убийства по ч. 1 Ст. 108 УК, до этого всего, следует установить, что виновный находился в состоянии нужной обороны, т. Е. Причинена погибель посягающему лицу при защите личности и прав (собственных собственных либо другого лица) либо законных интересов общества либо страны. При этом обязаны быть соблюдены условия правомерности нужной обороны, относящиеся к нападению (оно обязано быть общественно опасным и наличным), но нарушено условие, относящееся к защите (допущено превышение пределов нужной обороны). Согласно данной статье можно обрисовать уголовное дело по факту убийства гр. М. По адресу: 17 м/он-40-24.
Гражданин Д. Пребывал по указанному адресу со собственной сожительницей и её папой гр. М., Который в течение нескольких лет употреблял спиртные напитки.
В итоге употребления спиртного и суррогатов у него очевидно выразилась деградация личности, стали возникать алкогольные галлюцинации и навязчивые идеи. 1 Декабря 2002 года гр. Д. Встал ночью и пошел в туалет, закрывшись на шпингалет. В это момент гр. М. Начал выламывать дверь, угрожая гр. Д. Экзекуцией. После того как М. Выломал дверь в туалет он начал душить гражданина Д. Схватив его руками за горло. Гражданин Д., Будучи физически сильнее пожилого М. Освободился от захвата и стал избивать гр. М. И когда
М. Упал Д. Ударил его ногой в голову, причинив М. Закрытую черепно- мозговую травму от которой последний скончался на месте. Деяния гр. Д. Были верно квалифицированы органами предварительного следствия по ст.
108 ч. 1 УК РФ.

В силу указаний закона и с учетом судебной практики последних лет по ч. 1 Ст. 108 УК может квалифицироваться убийство, если обороняющийся сознательно прибегнул к защите таковыми средствами и методами, которые очевидно не вызывались ни характером нападения, ни настоящей обстановкой, и без необходимости умышленно причинил нападающему погибель. Неосторожное причинение погибели посягающему при отражении общественно опасного
(преступного) посягательства не влечет уголовной ответственности. Это вытекает из текста статьи, где говорится об убийстве, т. Е. Умышленном причинении погибели. Прежнее законодательство не было столь определенным.
Статья 145 УК 1922 г. Устанавливала ответственность за «превышение пределов нужной обороны, повлекшее за собой погибель нападавшего». В ст. 139 УК
1926 г. Были объединены «убийство по неосторожности, а равно убийство, явившееся результатом превышения пределов нужной обороны». И даже ст.
105 УК 1960 г. Не содержала указание на форму вины: «убийство, совершенное при превышении пределов нужной обороны». Поэтому продолжало бытовать мировоззрение, что состав допускает и неосторожную форму вины.46

Практика показала, что при нужной обороне в принципе может быть причинение погибели по неосторожности. Но оно не выходит за рамки правомерной защиты методом причинения вреда нападающему и не свидетельствует о явном несоответствии защиты посягательству.

Убийство, совершенное при превышении пределов нужной обороны, нужно отграничивать, с одной стороны, от правомерного лишения жизни посягающего (ч. 1 Ст. 37 УК), с другой – от умышленного убийства вне состояния нужной обороны. Для правильного решения вопросов квалификации данного вида убийства следует управляться указаниями
Верховного Суда РФ, а также сохранившими силу разъяснениями, данными в постановлении Пленума Верховного Суда СССР от 16 августа 1984 г. « О применении судами законодательства, обеспечивающего право на нужную оборону от преступных посягательств».47

При решении вопроса о наличии либо отсутствии признаков превышения пределов нужной обороны нельзя механически исходить из требования о согласовании средств и способов защиты от нападения. Такое соответствие чуть ли может быть, потому что для удачного отражения нападения его нужно

преодолеть, применив более интенсивные способы. Нужно учесть характер угрожавшей угрозы, силы и способности обороняющегося по отражению посягательства (количество нападающих и обороняющихся, их возраст, физическое состояние, вооруженность, место и время посягательства и т.Д.48 Все обязано оцениваться в совокупности. В частности, нет оснований отграничивать возможность лишения жизни нападающего лишь теми ситуациями, когда нападение было связано с насилием, опасным для жизни обороняющегося либо другого лица. Не будет превышения пределов нужной обороны, если дама, защищаясь от группы насильников, применит орудие и причинит погибель кому-или из нападавших. Деяния обороняющегося нельзя разглядывать как совершенные с превышением пределов нужной обороны и в том случае, когда причиненный вред оказался огромным, чем предотвращенный и тот, который был достаточен для предотвращения нападения, если при этом не было допущено явного несоответствия защиты характеру и угрозы посягательства.

Нельзя признать правильной практику, когда причинение посягавшему погибели квалифицируется как убийство при превышении пределов нужной обороны без указания на то, в чем заключалось превышение.49

Если для виновного было разумеется, что нападение прекращено, то ч. 1 Ст. 108 УК не применяется. Причинение погибели в таком случае, в зависимости от событий дела, квалифицируется или по ч. 2 Ст. 108 УК. Для разграничения этих преступлений принципиально установить не лишь сам факт прекращения посягательства, но и осознание этого происшествия обороняющимся, который в силу обстановки нападения и собственного психического состояния может и неправильно найти данный момент.

«По смыслу закона состояние нужной обороны может иметь место и тогда, когда защита последовала конкретно за актом посягательства и когда для оборонявшегося не был ясен момент его окончания. Переход орудия от посягавшего к окончании посягательства».50

Причинение погибели при «мнимой обороне», когда лицо добросовестно заблуждалось, полагая, что оно подвергается нападению, хотя нападения в реальности не было или оно прекращено, по общим правилам об ошибке не обязано манить ответственности. Но, если при этом лицо превысило предел защиты, допустимой в условиях соответствующего настоящего посягательства, оно подлежит ответственности по ч. 1 Ст. 108 УК.


2.3. Убийство, совершенное при превышении мер, нужных для задержания лица, совершившего грех (ч. 2 Ст. 108 УК)

в первый раз в русском законодательстве этот вид привилегированного убийства возник в Уголовном кодексе 1922 г. В ст. 145 УК, устанавливавшей ответственность за причинение погибели при превышении пределов нужной обороны, имелись слова «а также убийство застигнутого на месте преступления преступника с превышением нужных для его задержания мер». В последующих кодексах этого дополнения не было. В судебной практике подобные ситуации рассматривались применительно к превышению пределов нужной обороны. Примером убийства застигнутого на месте преступления преступника, послужит уголовное дело по факту убийства гр. В. По адресу: 11 м/он-5-86.
13 июня 2002 года гражданин С. Возвратившись, домой в неурочное время, нашел у себя в квартире преступника совершившего кражу ценных вещей.
Гражданин С. Попытался задержать преступника, но он, оказав сопротивление, ударил С. Кулаком в лицо. Тогда С. Вооружившись металлической трубой стоявшей в углу и ударил преступника в область правого виска, причинив ему закрытую черепно-мозговую травму, от которой преступник скончался на месте происшествия. В действиях гр. С. Усматривается состав преступления предусмотренного ст. 108 Ч. 2 УК РФ.

В ч. 2 Ст. 108 УК вновь установлена особая норма об ответственности при превышении мер, нужных для задержания лица, совершившего грех. Условия правомерности причинения вреда задержанному и понятие «превышение мер», нужных для задержания, установлены в 38 УК.

Если задержание происходит, когда лицо продолжает начатое посягательство либо оказывает сопротивление, то причинение ему погибели является или нужной обороной, или превышением её пределов.
Задержание лица после окончания преступного посягательства с его стороны или в другой ситуации (к примеру, при побеге) нужной обороной не является.

Убийство лица при его задержании следует отграничивать от убийства из мести, представляющего собой акт самочинной экзекуции. Самоуправное лишение жизни человека, даже совершившего тяжкое грех, противоречит ст. 20
Конституции РФ.

Одной из целей задержания, как видно из текста ст. 38 УК, является доставление лица, совершившего грех, органам власти. Убийство задерживаемого исключает достижение данной цели, Поэтому такое убийство может квалифицироваться по ч. 2 Ст. 108 УК только в случае совершения его косвенным умыслом, когда виновный не желал, но сознательно допускал причинение погибели задерживаемому.

Другой легальной целью причинения вреда задерживаемому, согласно ст.
38 УК, является «пресечение способности совершения им новейших преступлений».
Вывод о способности совершения новейших преступлений обязан основываться на настоящих фактах, а не на догадках.

Сущность принципа необходимости, в общем, заключается в том, что могут быть оправданы лишь такие меры, в итоге которых причиняется вред, достаточный для пресечения посягательства. Указанный принцип в большей мере подвержен субъективному влиянию. При его использовании для определения пределов нужной обороны нельзя дать чётких рекомендаций. В каждом конкретном случае следователь либо судья, исходя из собственных представлений о необходимости причинения того либо другого вреда, обязан оценивать правомерность защиты. Меж тем, справедливо отмечается, что как нужная оборона, так и превышение её пределов – конкретные категории и их наличие не может зависеть от чьего бы то ни было усмотрения.

Принципом, владеющим таковыми положительными свойствами, как определенность, лаконичность и доступность к восприятию, является принцип соразмерности. Характерным является то, что конкретно на основании этого принципа построено законодательство, регулирующее пределы обороны ряда забугорных государств (США, Франции).

Буквальное логическое толкование ч. 3 Ст. 37 Нового УК говорит о том, что, признавая превышением пределов нужной обороны только умышленные деяния, «явно не соответствующие характеру и степени публичной угрозы посягательства», закон имеет в виду не что другое, как несоразмерность определенных признаков, характеризующих посягательство и защиту.

таковым образом, представляется, что при определении пределов допустимой обороны следует управляться принципом соразмерности. В целом, беря во внимание все вышеизложенное, предполагается, что предел допустимого вреда защиты следует определять на базе установления определенной соразмерности меж всеми признаками, характеризующими интенсивность посягательства и защиты.

таковым образом, оценивая пределы правомерности нужной обороны, следует устанавливать одно из двух событий: имело ли место несоответствия интенсивности посягательства и защиты либо было допущено явное несоответствие интенсивности защиты и посягательства. В первом случае оборона будет правомерной, во втором – является превышением пределов нужной обороны.

Несоответствие защиты и посягательства, обязано признаваться в том случае, если имела место несоразмерность каких-или отдельных признаков, составляющих юридическое содержание интенсивности посягательства и защиты.
такими, как было определено ранее, следует признавать:
- охраняемое благо и благо, которое подвергается опасности посягательства;
- угрожаемый вред и вред причиненный в итоге обороны;
- методы и средства посягательства.

При этом для более полного их установления действиям посягавшего обязана даваться юридическая оценка. При защите от конкретно грядущего посягательства следует оценивать те конкретные признаки интенсивности, которые ожидались от его грядущих действий.

Какова бы ни была мишень задержания, причинение вреда задерживаемому не служит обстоятельством, исключающим преступность деяния, если имелась возможность задержать лицо другими средствами. Об этом прямо говорится в ч. 1 Ст. 38 УК. При наличии таковой способности причинение погибели задерживаемому является неправомерным и не обязано рассматриваться как «превышение мер, нужных для задержания». Если лицо не оказывает сопротивления и не пробует скрыться, умышленное причинение ему погибели недопустимо и квалифицируется или как убийство по ч. 1 Либо ч. 2 Ст. 105 УК, или как убийство, совершенное в состоянии аффекта, - по ст. 107 УК.

Заключение

В заключение собственной курсовой работы мне хотелось бы изложить краткую формулировку результатов, которые были получены в итоге исследования темы: «Привилегированные виды убийства». Изучив подробно многие точки зрения на трудности привилегированных видов убийства, хочу изложить свою точку зрения на трудности данного вопроса.

Убийство новорожденного собственной мамой происходит из-за: нехватки средств нужных для аборта, низкого уровня образования (т.Е. Таковая мать не в полной мере понимает последствия совершенного убийства), наркомания, а также встречаются дамы зараженные ВИЧ, не желающие иметь больного дитя. Посреди женщин совершающих детоубийство меньше всего замужних, Убитый ребенок в значимом числе случаев оказывается связанным с первым плохим сексуальным опытом. Большая часть из них имеют родителей, но боязнь негативной реакции родителей способствовала совершению ими убийства дитя. Как мне понятно, по статистике 83 % посреди осужденных за детоубийство женщин сделали грех в возрасте до 30 лет; 80 % забеременели вне брака; 75 % не имели обычных жилищных условий.

Последний Приказ Министерства здравоохранения “О состоянии и мерах по улучшению гинекологической помощи в стране” датирован 18 февраля 1988 г. Следовательно, нормативно-правовая база, регламентирующая деятельность дамских консультаций, устарела.

детализированное исследование приказов и распоряжений Министерства здравоохранения бывшего СССР и современной России указывает, что обязанность медицинских органов выявлять женщин, скрывающих беременность, осуществляется на “добровольных началах”, без настоящей законодательной базы.

таковым образом, в целях повышения эффективности деятельности органов здравоохранения по предупреждению детоубийств, нужно:
- рекомендовать Министерству здравоохранения РФ создать и принять новейшие законодательные акты в области оказания акушерско-гинекологической помощи с учетом современной социально-экономической обстановки в стране и предугадать в них меры, направленные на повышение эффективности деятельности “кабинетов по планированию семьи” (источник финансирования, эффективный механизм реализации и контроля, новейшие цены с учетом рыночной стоимости на медицинские препараты);

- вменить в обязанность дамским консультациям выявлять лиц, скрывающих беременность и принудительно ставить их на учет (после 28 недель беременности, когда отдается предпочтение жизни грядущего дитя);

- контроль за выплатой пособий беременным дамам за постановку на учет в женскую консультацию в ранешние сроки беременности, а также по своевременной выплате единовременных пособий по беременности и родам.

В целях неразглашения тайны операции по прерыванию беременности в медицинских учреждениях (один из главных мотивов убийств мамой новорожденного дитя) Министерству здравоохранения РФ нужно создать, в гос Думе русской Федерации - принять закон
“Об главных гарантиях анонимного производства операций по прерыванию беременности”.

воплощение указанных мероприятий дозволит устранить некие предпосылки и способствующие условия, мотивы (к примеру, боязнь огласки производства аборта в медицинском учреждении и т. П.) Детоубийств, а означает, будет способствовать понижению числа указанных преступлений и своевременному их раскрытию и расследованию.

таковым образом, приоритетными направлениями предупреждения убийств, направленных на охрану материнства и детства. Нужно принять целевую программу “Охрана материнства и детства” и создать эффективный механизм реализации данной программы как на федеральном, так и местных уровнях; 2) улучшение профилактической деятельности правоохранительных органов.
Профилактическая деятельность на личном уровне обязана осуществляться с учетом уголовно-правовой и криминологической свойства лиц, совершивших детоубийство, проведенной в данной работе;

3) рекомендую Министерству здравоохранения РФ создать и принять новейшие законодательные акты в области оказания акушерско-гинекологической помощи с учетом современной социально-экономической обстановки в стране и предугадать в них меры, направленные на повышение эффективности деятельности родовспомогательных учреждений.

Эффективное предупреждение детоубийств может быть лишь совместными усилиями страны, правоохранительных органов, органов здравоохранения и общества в целом. Нужно отметить, что деятельность всех субъектов предупреждения детоубийств, как и неважно какая другая деятельность, обязана опираться на заслуги науки, т.Е. Быть научно обоснованной.

Предупреждение привилегированных убийств связано с предупреждением убийств как обычных так и обученных. Чем больше будет осуществляться профилактика всех видов убийств тем меньше будет совершаться убийств с привилегированным составом.

перечень сокращений


1. УПК РФ - Уголовно-процессуальный кодекс русской Федерации;
1. УК – Уголовный кодекс;
2. СЗ РФ – Собрание законодательства русской Федерацтт;
3. БВС РФ – Бюллетень Верховного Суда русской Федерации;
4. РФ – русская Федерация;
5. СССР – альянс русских Социалистических республик;
6. т.К. – так как;
7. т.Е. – тоесть;
8. гр. – гражданин (ка);
9. т.П. – тому схожее;
10. т.Д. – так далее;
11. ст. – статья.

Библиография


1. Конституция русской Федерации от 12.12.1993 // РГ. – 1993.- № 237.-
25 дек.
2. Уголовный кодекс русской Федерации от 01.01.1997 // СЗ РФ. – 1996. –
№ 64. – 13 июля.
3. Уголовный кодекс РСФСР. 1961 Г.
4. Уголовное законодательство УССР. Киев.
5. Уголовный Кодекс Республики Беларусь.
6. Комментарий к уголовному кодексу РФ с постатейными материалами и судебной практикой / Под общ. Ред. С.И. Никулина. Изд. 3-Е. – М.:
Издательство «Менеджер» вместе с издательством «Юрайт», 2002. С. 1243
7. Сборник работающих постановлений Пленумов Верховных Судов СССР,
РСФСР и русской Федерации по уголовным делам. М., 2000.
8. Постановления и определения по уголовным делам Верховного Суда РСФСР
1981-1988 гг. М., 1989.
9. Бюллетень Верховного Суда РСФСР. 1991. № 6.
10. Бюллетень Верховного Суда РФ. 1994. № 8.
11. Декрет СНК от 18 декабря 1917 г. “О гражданском браке” // СУ. 1917.

№ 11;
12. Постановление НИЗ и НИЮ от 18 ноября 1920 г. // СУ. 1920. № 90.
13. Бюллетень Верховного Суда РФ. 1997. № 3.
14. Ст. 9 Закона РФ «О трансплантации органов и (либо) тканей человека» от
22.12.1992 г. // Ведомости Съезда народных депутатов РФ и Верховного Совета
РФ. 1993. № 2.
15. Ведомости Съезда народных депутатов РФ и Верховного Совета РФ. 1993.
№ 33.
16. Декрет СНК от 18 декабря 1917 г. “О гражданском браке” // СУ. 1917. №
11; Постановление НИЗ и НИЮ от 18 ноября 1920 г. // СУ. 1920. № 90.
17. Авдеева М.И. Курс судебной медицины. М., 1959. С. 476
18. Ахмедов Г.А. Уголовное законодательство. Ташкент, 1972. С. 256
19. Аниянц М.К. Ответственность за преступления против жизни. М., 1964. С.
432
20. Боровитинов М.М. . Детоубийство в уголовном праве. Спб., 1905; С. 290
21. Бородин С.В. Ответственность за убийство: квалификация и наказание по российскому праву. М., 1994. С. 345
22. Будзинский С.М. О грехах в особенности. М., 1887. С. 455
23. Бычков И.Я. Детоубийство в современных условиях. М., 1929. С. 302
24. Гродзинский М.М. Грех против личности. М., 1924. С. 367
25. Гернет М.Н. Матери–детоубийцы // Вестник русской юстиции. 1928. № 18.
С. 55
26. Герцензон А., Вышинская З. Борьба с убийствами в судебной практике
1935 г. // Социалистическая законность. 1935. № 12. С. 456
27. журнальчик «Российская юстиция». М. – 1996. № 11. С. 70
28. Загородников Н.И. Преступления против жизни по русскому уголовному праву. М., 1961. С. 389
29. Зеланд Н.Л. Женская преступность. Спб., 1889. С. 389
30. Курс русского уголовного права. Особенная часть. Т. 3. Л., 1973. С.
456
31. Красавчикова Л.О. Права и свободы человека и гражданина. Екатеринбург,
1998. С. 348
32. Кудрявцев В.Н. Общественная теория квалификации преступлений. 2-Е изд. М.,
1999. С. 234
33. Курс русского уголовного права. Том V. М., 1971. С. 435
34. Курс уголовного права. Том III. Учебник для вузов. Под ред. Г.Н.
Борзенкова и В.С. Комиссарова.-М.: ИКД Зерцало – М, 2002. С. 467
35. Лейкина Н.С. Личность преступника и уголовная ответственность. Л.,
1968.
С. 435
36.Лунеев В.В. Преступное поведение: мотивация, прогнозирование, профилактика. М., 1980. С. 254
37. Леонтьев А.Н. Потребности, мотивы и эмоции. М., 1971. С. 290
38. Лукичев О.В. Уголовно-правовая и криминологическая черта убийства мамой собственного новорожденного дитя. Автореф. Дисс... Канд. Юрид. Наук. Спб., 1997; С. 180
39. Любавский А.Д. О детоубийстве // Юридический вестник. Вып. 37. 1863. №
7. С. 70
40. Меньшагин В. Грех против личности по проекту УК Союза ССР //
Социалистическая законность. 1937. № 9. С. 300
41. Наумов А.В. Мотивы убийств. Казань, 1967. С. 256
42. Научно-практическое и информационное издание «Следователь». М. – 1998.
№ 2. С. 62
43. Научно-практическое и информационное издание «Следователь». М.- 2002.
№ 5. 62
44. Научно-практический журнальчик «Уголовное право». М. – 2002. № 1. 59
45. Побегайло Э.Ф. Умышленные убийства и борьба с ними. Воронеж, 1965.
С. 345
46. Правовой научно-практический журнальчик «Законность». М.- 1997 . № 3. С. 64
47. Правовой научно-практический журнальчик «Законность». М. – 2001. № 12. С.
64
48.Правовой научно-практический журнальчик «Законность». М. – 1995. № 10. С. 64
49. Правовой научно-практический журнальчик «Законность». М. – 1997. № 5. С. 64

50. управление к Особенной части российского уголовного права. Т. 1. Спб.,
1876. С. 548
51. русское уголовное право. Особенная часть. Киев, 1975. С. 400
52. русское уголовное право. Особенная часть: Учебник / Под ред. М.И.
Ковалева. М., 1983. С. 298
53. Судебная медицина: управление для врачей / Под ред. А.А. Малышева,
А.Р. Дельковского. Л., 1985. С. 589
54. Судебная медицина: Учебник / Под ред. В.И. Прозоровского. М., 1968. С.
344
55. Сарыев Б.С. Ответственность за грех против жизни и здоровья.
Ашхабад, 1973. С. 456
56. Слуцкий И.И. Преступления против личности в проекте УК СССР //
Социалистическая законность. 1947. С. 345
57. Тугаринов В.П. Личность и общество. М., 1965. С. 475
58. Теребилов В.И. Расследование детоубийств // Следственная практика. Вып.
45. М., 1960. С. 487
59. Ткаченко В.И. Квалификация преступлений против жизни и здоровья по русскому уголовному праву. М., 1977. С. 256
60.Тимина Л.И. Спорные вопросы квалификации детоубийства // Труды ВЮЗИ.
Т 60. М., 1972. С. 345
61. Тимина Л.И. Ответственность за детоубийство по русскому уголовному праву. Дисс... Канд. Юрид. Наук. М., 1980. С. 234
62. Таганцев Н.С. О грехах против жизни по русскому праву. Т. 2.
Спб., 1870. С. 505
63. Тишкевич С.И. Квалификация преступлений против жизни. Минск, 1991.
С. 434
64. Утевский Б.С. Уголовное право. М., 1950. С. 534
65. Шаргородский М.Д. Преступления против жизни и здоровья. М., 1948. С.
345
66. Шаргородский М.Д. Ответственность за преступления против личности. Л.,
1953. С. 468

-----------------------
[1] Курс русского уголовного права. Том V. М., 1971. С. 8.
2 Ст. 9 Закона РФ «О трансплантации органов и (либо) тканей человека». От
22.12.1992 г.// ВедомостиСъезда народных депутатов РФ и Верховного Совета
РФ. 1993. № 2. Ст. 62.

. 3 Ведомости Съезда народных депутатов РФ и Верховного Совета РФ. 1993. №
33.Ст. 1318.


4 Аниянц М.К. Ответственность за преступления против жизни. М., 1964. С.
15.

5 Никифоров А.С. Ответственность за убийство в современном уголовном праве.
М., 2000. С. 17.
6 Кудрявцев В.Н. Общественная теория квалификации преступлений. 2-Е изд. М., 1999.
С. 146.
7 Бюллетень Верховного Суда РФ. 1997. № 3. С. 8.

8 Бюллетень Верховного Суда РФ. 1999. № 3. С. 4.
9 Красиков А.Н. Указ. Соч. Саратгов, 1999. С. 74.
10 Бюллетень Верховного Суда РФ. 1994. № 8. С. 7-8.

11 Колоссовский П.Д. Указ. Работа. С. 186.
12 Боровитинов М.М. Указ. Работа. С. 7.

13 Зеланд Н.Л. Женская преступностьт. Спб., 1889. С. 15.
14 Колосовский П.Д. Указ. Работа. С. 187.
15 управление к Особенной части российского уголовного права. Т. 1. Спб.,
1876. С. 316.
16 Декрет СНК от 18 декабря 1917 г. «О гражданском браке»// СУ. 1917. № 11;
Постановление НИЗ и НИЮ от 18 ноября 1920 г. // СУ. 1920. № 90.
17 Меньшагин В. Грех против личности по проекту КУ Союза ССР //
Социалистическая законность. 1937. № 9. С. 37.
18 Воспринято ст. 140 УК Республики Беларусь.
19 Аниянц М. К. С. 129.
20 Загородников Н.И. Указ. Работа. С. 165.
21 Бородин С.В. Указ. Работа. С. 47.
22 Слуцкий И.И. Преступления против личности в проекте УК СССР //
Социалистическая законность. 1947. № 4. С. 11.
23 Побегайло Э.Ф.Умышленные убийства и борьба с ними. Воронеж, 1965. С. 160-
161.
24 Авдеева М.И. Курс судебной медицины. М., 1959. С. 633.
25 Судебная медицина: Учебник / Под ред. В.И. Прозоровского. М., 1968. С.
270.
26 Теребилов В.И. Расследование детоубийств// Следственная практика. Вып.
45. М, 1960. С. 158.
27 русское уголовное право. Особенная часть. Киев, 1975. С. 143.
28 Уголовное законодательство УССР. Кие, с. 326.
29 Тимина Л.И. Спорные вопросы квалификации детоубийства// Труды ВЮЗИ. Т
60. М., 1972. С. 45.
30 Лейкина Н.С. Личность преступника и уголовная ответственность. Л., 1968.
С. 120.
31 Сарыев Б.С. Ответственность за грех против жизни и здоровья.
Ашхабат, 1973. С. 110-112.
32 Ахметов Г.А. Уголовное законодательство. Ташкент, 1972. С. 118.
33 Постановления и определения по уголовным делам Верховного Суда РСФСР
1981-1988 гг. М., 1989. С. 158-159.
34 Загородников Н.И. Понятие объекта преступления в русском уголовном праве //Труды ВЮА. Вып. XII. 1951. С. 12
35 Тугаринов В.П. Личность и общество. М., 1965. С. 43.
36 Красавчикова Л.О. Права и свободы человека и гражданина. Екатеринбург,
1998. С. 25.
37 Судебная медицина: управление для врачей / Под. Ред. А.А. Малышева,
А.Р. Дельковского. Л., 1985. С. 389.
38 Ткаченко В.И. Квалификация преступлений против жизни и здоровья по русскому уголовному праву. М., 1977. С. 59.
39 Бородин С.В. Указ. Работа. С. 47.
40 Загородников Н.И. Указ. Работа. С. 160-161.
41 Курс русского уголовного права. Особенная часть. Т.З.Л., 1973. С. 492-
493.
42 Лукеев В.В. Преступное поведение: мотивация прогнозирование, профилактика. М., 1980. С. 15-17.
43 Наумов А.В. Мотивы убийств. Казань, 1967. С. 179.
44 Леонтьев А.Н. Потребности, мотивы и эмоции. М., 1971. С. 29.
45 Бюллетень Верховного Суда РСФСР. 1991. № 6. С. 6.
46 Бородин С.В. Преступления против жизни. С. 209-210.
47 Сборник работающих постановлений Пленумов Верховных Судов СССР, РСФСР и
русской Федерации по уголовным делам. М., 2000. С. 58-64.
48 Бюллетень Верховного Суда РСФСР. 1980. № 8. С. 9.; 1990. № 12. С. 304;
Бюллетень Верховного Суда РФ. 1992. № 2. С. 5-6; № 10. С. 13.
49 Бюллетень Верховного Суда РФ. 1994. № 2. С. 14.
50 Бюллетень Верховного Суда РФ. 1993. № 5. С. 14; Бюллетень Верховного
Суда РСФСР. 1990. № 6. С. 4-5; Бюллетень Верховного Суда РФ. 1992. № 10. С.
13-14; 1995. № 8. С. 9-10.


Еще рефераты
Залог - как метод обеспечения выполнения обязательств
ПЛАН I. Введение II. Основная часть 1) Понятие и основание залога 2) Виды залога и сфера его внедрения 3) Предмет залога и стороны залогового правоотношения 4) Оформление залога 5) Прекращение залога III. Заключение ...

Юридическая ответственность
Оглавление. 1. Введение. 2. Понятие и признаки юридической ответственности. 3. Принципы юридической ответственности. 4. Виды юридической ответственности. 5. происшествия, исключающие юридическую ответственность. 6. Основания освобождения от юридической...

Попереднє розслідування
ЗМІСТ.1. Вступ. 2. Дізнання, його загальні принципи. 3. Попереднє слідство. 1. Слідчі дії. 4. Пред`явлення обвинувачення і допит обвинуваченого. 5. Зупинення попереднього слідства. 6. Закінчення попереднього слідства. 7. Обвинувальний висновок. 8....

Аренда недвижимости
Аренда недвижимости Аренда недвижимости: зданий, сооружений, природных участков и остальных нежилых помещений. Особенности аренды компаний строения, сооружения и нежилые помещения – хорошие друг от друга объекты недвижимости, которым посвящены положения §4 главы 34 ГК РФ....

Уменьшенная вменяемость в уголовном праве
I. Исторический обзор понятия уменьшенной вменяемости. В первый раз об УВ говорится в кодексах германских гос-в: Брауншвейгский 1840, Саксен-Альтенбургский 1841, Гессенский 1841, Баденский 1845 и др. В числе обусловливающих УВ факторов числились слабоумие, недостаточное развитие, старческая...